ЗАЯВКА В «НУЖНЫЕ»
fc: spencer charnas
газлайтера, абьюзера, не нравишься моей маме ну и хуй с ней • имя фамилия на выбор • 30 - 35 • профессия в омерике на выбор
Память дребезжит обрывками, мятой плёнкой с характерными потугами натягивается за пеленой моих глаз. Пальцы блуждают по ладам гитары, цепляя каждую ноту твоего голоса, окропляя её всем, что я знала: божьей проповедью, надеждой, предательством и болью, криком умирающей женщины, которой дали по ебалу, чтобы в припеве сорваться в истеричный скрим и окончательно разбиться, позволяя твоим словам лечь поверх моих костей своеобразным алтарём прежде, чем моя гитара и твой хриплый, надорванный тембр сольются в единый нерв.
Там, на сценах задрипанных клубешников, в которые приходили исключительно благодаря тебе, ты дарил мне кошмары, надежды, истерику, совокупляющуюся с извращённым спокойствием.
Ты был самым громким человеком из всех, кого я встречала. В тебе помещалось слишком много жизни для одного тела. Ты орал со сцены так, будто пытался докричаться до самого бога, чтобы потом с улыбкой заявить: «Только не это грёбаное лицо, ты, кусок сучьего дерьма». Дрался, любил, ненавидел, смеялся до хрипоты и жил так быстро, будто заранее знал, что времени отпущено немного.
А потом случилась та ночь.
Знаешь, какая проблема у памяти? Она пиздит.
Я помню кровь. Помню сирены. Помню собственные трясущиеся руки. Помню, как кто-то сказал, что ты умер. Или это сказала я? Чем дольше я живу вдали от Британии, от этих туманов и тех сцен, тем меньше уверена, что это правда.
Может, тебя убили. Может, ты умер от передоза. Может, это был несчастный случай. А может, ты просто исчез и позволил всему миру поверить в собственную смерть.
И если последний вариант правда — я тебя убью сама, если ты, сука, замаячишь на горизонте. А ты всегда маячишь.
Отщипываешь мою стабильность по кусочку, пока не сведёшь с ума окончательно. В старых песнях. В чужих голосах. В сигаретном дыме, который иногда пахнет так же, как пахли твои толстовки после концертов. В мужчинах, которых я ненавижу ещё до знакомства просто потому, что они недостаточно похожи на тебя.
Ищу человека, который готов стать главным призраком в жизни Морвенны. Бывшим вокалистом британской пост-панк группы, любовью, зависимостью, катастрофой и человеком, вокруг которого до сих пор крутится половина её сломанной личности.
Что произошло в ту ночь — не знаю. И знать не хочу. По крайней мере сейчас. Хочется расследовать это вместе. Собирать историю по кускам, противоречить друг другу, находить старые фотографии, переписки, песни, свидетелей и постепенно приходить к чему-то страшному. Или не приходить.
Может, ты действительно мёртв. Может, жив и похож лишь на этот обрывок воспоминания. Может, тебе просто по приколу наёбывать весь мир. Может, сам уже не уверен.
Единственное, что знаю точно — Морвенна до сих пор носит тебя под рёбрами как осколок стекла.
И чем дольше проходит время, тем глубже он входит.
Если убрать лирику, у меня тут есть радиохэдканончики, которые периодически всплывают в голове.
Персоналити:
• обожал «Кладбище домашних животных» до нездоровой степени;
• считал, что некоторые люди умирают раньше смерти;
• верил в городские легенды больше, чем в новости;
• был уверен, что у каждого человека есть своё персональное проклятие;
• из тех людей, которые выглядят так, будто не спали лет семь, но всё равно каким-то образом остаются красивыми;
• говорил, что ненавидит внимание, но, выходя на сцену, буквально жрал его ложками;
• коллекционировал всякую хуйню с барахолок, поэтому его квартира выглядела как место преступления и музей психопата одновременно;
• мог помнить дату первого поцелуя с Морой, но забыть её день рождения;
• был из тех музыкантов, которые в три часа ночи звонят со словами: «слушай, какой ахуенный текст я накидал, по коням».
Про них с Морвенной:
• первым начал называть её Мори;
• всегда находил её в толпе, даже если там человек двести;
• постоянно тырил у неё сигареты, хотя курил свои;
• срались как бешеные собаки: крики, факи, дули, кулаки, но потом всё равно жрали одну китайскую лапшу из одной коробки;
• знал, как она выглядела в свои самые кринжовые школьные годы, и почему-то очень этим гордился.
До «смерти»:
• за несколько месяцев до неё начал вести себя странно;
• кому-то звонил по ночам;
• снимал деньги наличкой;
• удалял переписки.
Несколько раз спрашивал Морвенну:
— если бы я исчез, ты бы меня искала?
И однажды сказал:
— самое страшное не умереть. самое страшное — стать человеком, которого никто не помнит.
Остатки сладки:
Заявка в пару, но, в принципе, можно и без пары. Мне бы хотелось оживить именно этого персонажа из своей анкеты, так как сама Морвенна во многом строилась на событиях, связанных с человеком из прошлого. Конечно, я буду рада накидать сюжетов сама, но мы ж тут кружок по интересам, поэтому очень хотелось бы поиграть с человеком, у которого будут и свои идеи, взгляды, надежды и прочее. Люблю поиграть что-то запутанное, околокриминальное. Люблю наркоприходы, стекло, расследования, лютую тусню и эмоционально нездоровых людей. Вроде всё, что хотела, рассказала. Остальное можно обсудить в личкэ.
Только сильно абьюзивным дэбиком не будь. У меня писька на такое стоит.
(ашто)