[indent]ване всего пять. ещё рано для школы, и совершенно точно не поздно мечтать. и он мечтает. денно и нощно вздыхает по анечке. такой красивой, очаровательной и нежной девочке.
он пишет стихотворения, он рисует её в разных стилях: вот портрет, а вот в современном стиле комиксов, а вот... его красавица из розового пластилина.
любовь - это прекрасно. особенно первая. самое святое чувство.
[indent]вот только анечке все его стихи и поделки до фени. ей бы конфет, да побольше.
и ваня откладывает для неё сладости, и собирает целые наборы. потому что обожает смотреть на то, с какой страстью загораются её глаза, стоит сладкоежке заприметить блестящую обёртку.
она напоминает очаровательного гремлина, добравшегося до fairy.
[indent]и губы её всегда перепачканы шоколадом после акта поедания.
и однажды он не сдерживается (ему столь отчаянно хочется её поцеловать), и тянется, чтобы подушечками пальцев провести по нижней губе.
и его лицо мгновенно вспыхивает, а сердце ухает так, будто совунья перебрала с настойкой и всем пора прятаться по углам.
и он бежит от неё прочь, впервые испугавшись своих чувств.
[indent]ване уже семь, и он гордый первоклассник. он успевает по всем предметам, и даже остаётся время на внеклассные занятия.
однажды он замечает нотную тетрадь, торчащую из сумки феликса карловича, и, осмелев, спрашивает, не против ли он помочь юным (возможным) дарованиям в развитии своих талантов.
[indent]ведь спеть для неё серенаду будет куда романтичнее, не правда ли?
[indent]его учитель - святой человек.
он ему не отказывает - наоборот - словно сам заинтересован не меньше.
у учителя прекрасный голос, и ваня натурально замирает, слыша, как он поёт - и вся вселенная замирает, сокращаясь до одного-единственного человека.
[indent]
❊❊❊
[indent]ивану уже семнадцать, когда он возвращается в ромашковую долину из громкого душного города.
за его спиной слишком много событий для жизни обычного подростка. и он ещё более лирический, чем когда-либо, но глубоко в душе, конечно же, всё тот же романтик.
[indent]когда он видит её, то - честно - не сразу узнаёт.
а когда убеждается, что вот она, героиня его детских грёз, совсем уже выросла, и...
... и душа его словно раскалывается на несколько острых осколков - совсем как у волдеморта.
[indent]вот так герои становятся злодеями. ты не гарри, мальчик.
отныне твой путь - тёмная извилистая дорожка.
и, конечно, восприняв всё слишком буквально, как и положено в его возрасте, ваня решает кардинально поменять свой стиль.
[indent]и вот уже облачковые белые кудряшки сменяются на прилизанные тёмные завитки.
и все яркие шмотки отправляются в дальний угол.
тёмные очки, кожаные штаны и чёрная майка - вот его новый образ. крутого и независимого, ага.
[indent]он закашливается после первой электронки, заботливо завещанной ему сестрицей.
но ведь это признак крутизны, да? курить как чёрт.
и он вдоволь наслаждается своей охрененностью, расположившись под старым дубом, надёжно скрывающим его светлую кожу от палящего солнца.
[indent]но образ снова трещит по швам, стоит на горизонте появиться до боли знакомой фигуре.
феликс карлович за эти годы очень изменился. возмужал. похорошел. подкачался, приоделся, и далее бла-бла-бла по списку.
но ваня перед ним - всё тот же мелкий пацан, которого застали за чем-то незаконным.
[indent]и он поспешно прячет сижку в задний карман, и вскакивает на своих двоих по струнке.
а уши его пылают огнём, и румянец подступает к щекам, когда взгляд встречается с хитрым прищуром учителя.
он движется ему навстречу, и весь его образ рушится карточным домиком: и на лице уже широкая улыбка, и он радостно тянет руку для пожатия.
[indent]
потому что именно феликс карлович - тот самый человек, благодаря которому он всё ещё умеет чувствовать, сочинять и, конечно же, мечтать.
