То, как шустро фиксировала какие-то свои заметки Шизухара по ходу объяснений, не могло не порадовать. Такуми бы устал всё объяснять и повторять по нескольку раз всем, если бы это была действительная и настоящая его вторая сотня дней. И все равно вид того, как его не просто слушают, а прислушиваются, теплил что-то в груди. Это было немного эгоистичное, но приятное чувство признания. Всегда приятно, когда обращают внимание, замечают и слушают. Для позиции лидера спецподразделения вроде и странное чувство: его же и так всегда слушают. Такуми прекрасно знал, что не всегда. Да, обычно именно он тот человек, на которого свешивают всю ответственность в отряде, но в то же время с ним могли считаться в гораздо меньшей степени. Призрачное присутствие страха, в котором от него отвернутся все его друзья, Такуми игнорировал.
Составить новые поручения для Цубасы и Курары звучало хорошим решением и подтверждало мысли самого Сумино. Он легко кивает на предложения Хируко, не отреагировав только на её обещание расправиться с Парагоном Милосердия. Он не мог разделить её предвкушение боя или кровожадность, только принять.

Не получив возражения против прогулки, Такуми едва не расслабился. Конечно, его не могли так просто не упрекать. Потому Хируко удостоилась немного затравленного и потускневшего взгляда.
— Да какого ты обо мне мнения? — усталый выдох. — Если бы я хотел сейчас засесть за слот-машины, то дернул бы Омокаге. Ты знала, что у него есть какая-то секретная тактика победы? Мне вот ни разу не доводилось сорвать настоящий выигрыш. Потом спрошу совета, но дело даже не в этом!

Коридоры академии в ночи оставались всё теми же. С гораздо большей охотой Сумино бы поднялся на самую крышу, забыв про свои планы. Спонтанное желание. Стук каблуков Хируко рядом не давал расслабиться. Спрятав руки в карманы куртки, Такуми постарался отвлечь мысли чем-то еще.
— Спасибо. После обсуждения наших противников и твоих подсказок я чувствую себя немного увереннее. Даже если сирены тревоги завоют прямо сейчас, я точно буду готов к бою, какой бы противник нас ни ждал.
Нужно было пройти чуть вперед, чтоб Шизухара не видела его лица, пока Такуми это говорил. Под её взглядом тяжело было вести себя достаточно убедительно и сохранять в голосе твердость. Это все только усиливало усталость от тревог последних дней.

Поднявшись на третий этаж и пройдя в зону отдыха, Сумино ненадолго остановился. Даже сейчас здесь было ярко, горели экраны слотов и мигали лампочки. Сцена с инструментами в глубине зала терялась за всеми прочими развлечениями этого места.
— Сколько бы ни приходил раз сюда, всё же странное место. Хотя мы всего лишь школьники с загадочной силой гемоанимы. Чему я удивляюсь.
Поворчав себе под нос, Такуми направился прямиком к большому механизму в виде подарка. Ходить сюда было легко и привычно. Перебирать, кому что может нравится, копаться в мысленных заметках, составлять список необходимых расходников. Готовить подарки Такуми нравилось, как и преподносить их. То, как меняется выражение лиц друзей, как преображается их взгляд. Будто прикосновение к маленькому огоньку в глубине их сердец. И ведь даже повода не надо было! Выведя машину из спящего режима, вводя параметры и данные на панели, Сумино отошел от загудевшего прибора. Прижавшись плечом к стенке, он просто ждал, осматривая мигающие экраны слот-машин.

— В мои первые сто дней Аоцуки предлагал забрать роботов-поваров из кафетерия в комплекс. Такая уникальная технология многим бы пригодилась и помогла, с его слов. Гифт-о-матик тоже был бы полезным. Наша академия забита невероятной техникой. Но, наверное, если мы действительно переселились с Земли на Искусственный Спутник, то в мире есть немало удивительных вещей. Наверное, я просто не интересовался ничем подобным дома.
Он сказал это негромко, не смотря ни за реакцией на слова, ни ожидая ответа. Тем более что изготовление было закончено. Такуми развернулся к выдаче и оценил результат. Взял в руки, повертел. К качеству того, что делал гифт-о-матик, нареканий никогда не было.

— Шизухара.
Спустившись от машины, Такуми остановился около девушки и протянул ей то, что изготовил.
— Мя-яу.
Это было самое тихое и безэмоциональное «мяу», какое можно было спародировать. На Хируко смотрели большие раскосые глаза на плюшевой кошачьей мордочке. В руках Сумино держал большого, немного нелепо выглядящего, игрушечного кота окраса калико за туловище под передними лапами. Пошевелил ими, когда Хируко посмотрела на игрушку, и отпустил от своего лица.
— Надеюсь, этот парень спасет меня от твоего гнева и осуждения. Или это девочка?.. Я не то чтобы разбираюсь в кошках. Держи.
Как помнил Такуми, обычно Хируко была не против принять миленькие фигурки кошек. Обязательно трехцветных. Ей в принципе нравились вещи, которые содержали три разных цвета. Не то чтобы Сумино действительно понимал почему, но хотелось как-то отвлечься и занять подругу. Молчаливо и тревожно ожидать атаки врага мог и он один.