Live Your Life

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Live Your Life » Книги, комиксы, игры » - Поиск соигрока


- Поиск соигрока

Сообщений 1 страница 8 из 8

Перевести1

В данной теме действуют общие правила каталога. Дополнительные условия указаны ниже.

Заявка в теме оставляется в следующих случаях:

  • У вас нет на примете ролевой, но есть желаемые образы и сюжеты для отыгрыша;

  • Вы игрок на определённом форуме и ищете партнёра с конкретными предложениями по сюжету.

Конкретика:

  • Один пользователь - одна заявка в тематике;

  • Поиск - только для игроков, ищущих партнёров. Для администраторов и пиарщиков есть общие темы;

  • Пример поста обязателен (или указать причину отсутствия);

  • Заявка очень объёмная и/или в виде крупной таблицы с заливкой цветом - хотя бы часть под спойлер;

  • Обновлять/поднимать имеющуюся заявку можно не чаще, чем раз неделю.

Шаблон заявки для поиска партнёра на форум
Код:
[b]Форум:[/b] 

[b]Текст заявки:[/b] 
(в свободной форме)

[b]Ваш персонаж:[/b] 
(ссылка на анкету или краткое описание)

[spoiler="[b]Пример поста[/b]"]

Пост от любого вашего персонажа

[/spoiler]
Шаблон заявки для поиска партнёра (без приглашения на форум)
Код:
[b]Текст заявки:[/b] 
(в свободной форме)

[spoiler="[b]Пример поста[/b]"]

Пост от любого вашего персонажа

[/spoiler]

0

Перевести2

Текст заявки:
vampire: the masquerade - bloodlines 2
phyre/fabien
mads mikkelsen & hugh dancy (опционально)

короче, руки мои дотянулись до игрули, и хотя я уже лет пять почти не испытываю интереса к сюжетным однопользовательским проектам, этот меня капец как затянул. что, наверное, странно, с учётом того, что игру не ругал только ленивый, но опустим это

я не настолько знаток, чтобы знать весь лор миров тьмы; играл в первую часть, во вторую и планирую ещё потыкать новеллы, но не более того. мне бы хотелось сыграть в рамках событий второй части, может с каким постканоном, но я не претендую на великие сюжеты и, соответственно, душнить на тему расширенного настолочьего канона не планирую. всё на чилле. для себя, для души

мадса в комбинации с дэнси люблю не могу, но это не мастхев; мысль примерить фаиру и фабьену эти лица была спонтанной, но засела. забавно, что я вполне вижу обоих как фаиром, так и фабьеном, так что мы просто можем выбрать себе более предпочтительное лицо (я люблю обоих). сыграю, соответственно, любого из тандема: мне оба нравятся, на каждого есть мысли)

ну, хотелось бы с уклоном в романтику помимо прочего, потому что если чем меня игра и расстроила, так это отсутствием романов как таковых, но в целом меня устроит и юст, и джен. разберёмся с этим, не самое критичное

посты пишу, отвечаю не дольше месяца в моменты ирл завала, но обычно чаще, в районе 10-14 дней. посты около трёх тысяч символов, без оформления; большие буквы и птица-тройка опционально: могу с ними, могу без

Пример поста

семья! — джонни поднимается из-за стола в конце завтрака, звучно хлопая по нему ладонями. — меня сегодня — нет! не существует! никак! ни в каком виде! у меня — вы-ход-ной! ага? так что, какие бы там угрозы вселенского масштаба ни покушались на сохранность нашей бренной планеты, начиная от дядюшки дума и заканчивая… ну, знаете, буквально кем угодно, я вам сегодня не помощник!

он торжествующе лыбится, обводя взглядом сью, рида и бена, кивает сам себе и, едва ли не пританцовывая, удаляется в свою комнату (в абсолютной тишине). ну что ж, никто, по крайней мере, не спрашивает его о причинах такого громкого заявления. джонни нравится думать, что это связано с его бесспорным супергеройским авторитетом, а вовсе не с тем, что за последний месяц он буквально прожужжал всей четвёрке уши о том, что в этом году на открытии экспо будут выступать 4L1T.

экспо, экспо, старк экспо… честно говоря, на вкус джонни, экспо сама по себе та ещё туфта. тони старк, конечно, чувачок прикольный: умный, богатый, эпатажный. к самому тони у джонни вопросиков нет, но вот к экспо… выставка гениев от мира инженерии и науки? трижды ха! да даже рид в последние годы забил представлять там свои изобретения, а это о чём-то да говорит, верно?

но вот открытие экспо…

джонни убеждён, в этом году организаторы превзошли сами себя. вопреки устоявшемуся канону звать на открытие популярные попсовые рок-группы, в этот раз они пригласили 4L1T. а 4L1T — это… ну. это космос, не иначе.

бен как-то назвал джонни их «фанаточкой», а он даже не обиделся, потому что обижаться на правду немного бессмысленно. у 4L1T классная, заводная музыка. и, чего греха таить, чертовски красивый состав. и мерч. джонни бы вырядился в него с ног до головы, если бы не (адекватная, с учётом его персоны) потребность поддерживать своё инкогнито, поэтому ему приходится ограничиться джинсами с кедами, чёрной толстовкой, кепкой и солнцезащитными очками.

(несмотря на своё раннее громкое заявление, он всё равно надевает под одежду тонкий костюм из не воспламеняющегося материала. так, больше на всякий случай.)

честно говоря, в таком прикиде он больше походит на сраного сталкера, но джонни успокаивает себя тем, что открытие экспо — минута славы 4L1T, и он совершенно точно не хотел бы отвлекать внимание на свою сиятельную персону.

ах, эти проблемы популярности…

охрана на входе косится на него чертовски пристально, и джонни приходится козырнуть удостоверением личности и «простите, друзья, никак не могу избавиться от маскировки!», чтобы его пропустили без лишних сложностей, выдав стандартный гостевой бейджик. он пробивается через толпу в фан-зону, включает предусмотрительно захваченный из дома лимитированный лайтстик и готовится всецело наслаждаться шоу.

и, о, 4L1T его не разочаровывают.

ни разу.

их заводной хит открывает представление, вынуждая джонни из последних сил сдерживаться, чтобы не послать всю свою маскировку к чёрту, вырываясь из толпы пламенем и добавляя огня к и без того солидным спецэффектам. он позволяет себе раствориться в музыке, машет лайтстиком, подпевает на знакомых моментах и просто, ну, кайфует — всем иногда нужен отдых, что скажешь на это, рид?

девчонки сообщают о перерыве на официальную часть, покидают сцену, чтобы сменить костюмы, пока (нудный) ведущий распинается о бесспорной важности экспо. джонни давит зевок и чуть не задыхается, поперхнувшись воздухом, когда совершенно внезапно прямо посреди витиеватой речи гаснет свет и пропадает звук. толпа ропщет. джонни поднимает тёмные очки на лоб и, хмурясь, осматривается.

что он там говорил об угрозах, которыми сегодня совершенно точно не собирается заниматься?..

раздаётся приглушённый взрыв, дрожит земля — что-то произошло, но именно там, внизу. кто-то особенно впечатлительный кричит, когда с неприятным скрежетом сцена расходится в стороны, а из открывшегося пролома наверх поднимается… ёбаный рот, что это вообще такое?! старковский реактор?

из пролома показываются люди в костюмах при оружии, и они явно не являются частью представления.

они чё, реально не нашли лучшего времени, чтобы спиздить сраный реактор? ну, типа, реально?! — шумно возмущается джонни, пробираясь ближе к сцене через стремительно отступающую толпу.

паники, что удивительно, нет. «пока» нет; джонни знает, как легко она разгорается. легче, чем он сам.

там, на сцене, что-то явно происходит, но даже близость его фан-зоны не спасает положение; он слишком далеко, чтобы разглядеть или услышать, в чём причина заминки наитупейших похитителей двадцать первого века.

он почти готов вспыхнуть и взлететь, чтобы, как водится, спасти очередной день (и, может быть, получить автографы девчонок в благодарность за спасение, потому что, эй, он явно их заслужит!), когда вдруг замечает, что из его рта на выдохе вырывается… пар?

джонни быстро оглядывается, чтобы осознать, что люди находятся в смятении и, чёрт возьми, мёрзнут. прям… взаправду, как будто резко, за пару секунд, наступила не просто зима, а самая что ни на есть настоящая арктическая зима.

ну ладно, довольно.

он суёт свой драгоценный лайтстик в руки какой-то девчонке, строго наказав ей беречь его как зеницу ока, бросает толпе звучное «расступитесь, а то подпалю!» и, вспыхнув пламенем, моментально взмывает в воздух, чтобы двинуться ближе к эпицентру событий и наконец разобраться, какого чёрта тут вообще происходит.

Отредактировано tkmnt (04-11-2025 22:42:15)

Подпись автора

вся история здесь

0

Перевести3

ап

Текст заявки:
Возникла идейка... Ищу Китнисс Эвердин в пару к... Цинне. Голодные игры. Да, именно так.
Вижу эту пару вместе. Да, играть будем АУ после третьей части, когда Китнисс исполнилось 18 лет. Но раньше дружить никто не запрещает.
То бишь, Цинна каким-то чудом избежал казни, сбежал, спасли. В общем, придумаем вместе.
Внешность Цинны хочу оставить каноничную по фильму. Если есть желание, Китнисс можно внешность сменить. Но что-то близкое по типажу, она не была супермоделью с грудью и губами.

Ищу камерную игру. Приведу на камерный проект, создадим свой форум, где будем вдвоем играть. Можете пригласить на кросс, но будьте готовы, что играть буду только наш сюжет. Хотя если сюжет меня зацепит, можно и поиграть, почему нет. Но, чтобы там было место нашему сюжету.

Ищу активную игру. По паре постов в неделю. Если вы склонны пропадать по две недели (если вы не в отпуске и не заболели, ни еще какая-то  веская  причина), не тратьте ни мое, ни свое время пожалуйста. После двух недель ожидания я тухну. Оценивайте свои силы. Если не готовы - не пишите. Люблю писать, пока горит!

В остальном, я активный, идейный человек. Может что-то еще совместно придумаем. Не только по ГИ. Размер постов не важен, можем хоть по паре строк играть, как в старые добрые времена. Но с заглавными буквами.
Пишите, придумаем все вместе.

Пример поста

По-хорошему это все за него должен был делать отец. Но тот, в силу того, что находился не в Хогвартсе, да и нужен Темному Лорду, не смог бы помочь сыну. Не исключено, что Драко получит новое задание от Волдеморта, Северусу хотелось бы это узнать раньше, чем кто-то погибнет от руки ученика. Хотелось бы верить, что мистер Малфой не случайно интересуется своей судьбой, не из-за благосклонности Тёмного Лорда. Практически на лбу у слизеринца все написано. Но все равно, Снейп не может быть до конца уверен, что это не умелая игра, он не знает, на чьей он стороне действительно. Не может быть до конца откровенен с ним.
Однако своих намерений скрывать не станет. Кроме того, не соврал ни слова. Для Драко, как для Пожирателя очень важно понимать, насколько все серьезно... И если после провала задания еще жив, значит не все так уж и плохо. В конце концов, Темный Лорд врядли станет убивать своих соратников в разгар войны. Если им есть, за что бороться.

— В данной ситуации ваша мать поступила, как разумная женщина, предполагая, что в таком сложном задании вам потребуется помощь. Хоть вы ее и всячески отвергали, — он вскинул бровь, указывая на стул перед своим столом, — Садитесь, мистер Малфой. Этот разговор не на пять минут. От вас все же потребуется некоторое усилие, чтобы вас и вашу семью не убили до конца года, — прозвучало резко, но Северус говорил на чистоту. Без лишних иллюзий на безоблачное небо над головой. В конце концов, Темный Лорд все еще не доволен Люциусом. И планирует, вероятно, пользоваться его домом  и семьей столько, сколько нужно.
Не получил ответа? У Снейпа нет, увы, другого объяснения, учитывая, что оно действительное. Возможно, он слишком утрировал, что его убьют сразу... И у Драко был бы шанс показать себя. А вот Малфой-старший так и сидел бы в Азкабане.

— Какой ответ вы ожидали от меня услышать? Что я решил забрать все лавры себе у вас? Ответ такой, каким вы его услышали. Если требуются уточнения, я вас слушаю, — произнес Снейп ровными тоном, ему нечего больше добавить к уже сказанному.

— Все то же, что уже обещал вашей матери. Направлять, помогать, поддерживать в том, что вам не по силам сделать одному. Конечно, если вы, хоть на минуту сможете отбросить свою гордость и прийти, посоветоваться, как со старшим. Не пытаться геройствовать, если вы понимаете, что это может вам навредить, — Северус не предлагал выполнять за него, а всего лишь посоветоваться, пока дело не дошло до критической точки. Он чувствовал, что такими темпами к этой точке подберется сам Драко. Надежда на благоразумие юного Пожирателя все еще теплилась в черной душе Снейпа.
Это важно и как директору школы. Учебный год не успел начаться, а недовольные уже появились, которым приходится лишний раз объяснять правила поведения в Хогвартсе. Пока Пожиратели лишь наблюдают, но вскоре пойдут и наказания, которые Северусу хотелось бы предотвратить.

— Это должен был делать ваш отец. Но... он там, а вы здесь. Поэтому данную помощь предлагаю вам я. Как вы считаете, мистер Малфой, это нужно вам? — спросил Северус снова. Посещали смутные сомнения, что Люциус сделал бы это так же. Снейпу по сути наплевать на то, как Малфой-младший соответствует требованиям чистокровного рода, Пожирателям смерти... Хотел, чтобы Драко сам решил, что ему делать в данной ситуации. Северусу лишь остается осторожно направить это решение в нужное русло.

0

Перевести4

Форум:
HSR: Beyond the Stars

Текст заявки:

https://upforme.ru/uploads/001b/ff/2a/113/11819.png
apollo — records of ragnarok

Нирей | Nireus
Амфореус; любой полис, где был наиболее сильный культ Мнестии (Кармитис, Пафас др.) | деятель искусства и, вероятно, член Сената Охемы (и, возможно, тоже обладатель золотой крови)

коротко о персонаже:
Нирей — головная боль Золотого Ткача. Огромная головная боль, сравнимая с чёртовой мигренью.

Его крики на собраниях слишком громкие, слишком резкие, слишком слишком. Его речи — концентрированный яд: изобличающий, насмешливый тон, ведь как может полубогиня Романтики быть ледяной статуей, неспособной на проявление эмоций? Совершенно никуда не годится, жалкое подобие человека — так говорит этот наглец, не стесняясь, прямо в лицо.

Он говорит, что был бы лучшим лидером для Преследующих Пламя. Он был бы лучшим наследником для Мнестии. И, возможно, даже думал о том, чтобы прибрать к своим рукам — ведь чем он хуже, окромя того, что не был под рукой императрицы Керидры тысячу лет назад? — место консула Охемы.

Нирей — причина, по которой Аглая ещё ощущает ненависть. Жгущую горло каждый раз, когда он открывает рот, когда говорит в Сенате мерзости о Преследующих Пламя, о ней самой, о наследии Керидры и Гисиленсы, которые в своё время были ей дороги. Он со смешком на лице каждый раз плюёт вслед, когда Аглая отводит холодные от гнева слепые глаза; он, осклабиваясь, каждый раз поливает грязью как первый поход, бывший ещё при цезаре, так и нынешний.

что будем играть: откровенную вражду, чтоб вот прям кровь вскипала, до желания схватить друг друга за глотки... и не суметь друг друга прибить. Нирей Аглаю — потому что как же хочется с садистичным удовольствием взглянуть на её лицо (о, наверняка маска надменности очень красиво треснет!), когда он отнимет ядро пламени Романтики; Аглая Нирея — потому что этот гад является членом Сената, и лишнее кровопролитие лишь раззадорит Сенат.

от игрока

у нас есть план (сюжет), и мы его придерживаемся. Да, арка Амфореуса пока не закончена, да и что греха таить — уже текущие патчи принесли нам боль, стекло и смерти. Но что, если мы раскроем в нашей игре чуточку больше, чем одна только охота за ядрами пламени?
Нирей отлично впишется как в сюжетные противостояния Сената и Преследующих Пламя, так и в личные противостояния со мной. Хочется отыграть что-то на опасной грани "ещё немного - и я тебя убью", но не исполнять угрозу по различным причинам.
(буду особенно рада, если вы выкупите приколы имён персонажей)

Ваш персонаж:
Аглая, Золотой Ткач

Пример поста

Слухи не лгали: слова бьют в цель достаточно точно, словно брошенный кремносцем на поле боя дротик; возможно, в начале своего пути, мягкосердечная дукс Золотой Ткач ощутила бы обиду или даже ушла бы прочь в слезах, но вот уже тысячу лет её сердце бьётся больше по привычке, чем из-за действительной живости; оно всё спокойнее и ровнее билось с тех пор, как юная портниха прошла своё испытание и посадила золотую яблоню, напоминавшую об этом событии, на заднем дворе своего дома — ныне же золотые яблоки, когда-то привлекавшие взор своей красотой, казались ей практически пошлостью, а титан, велевшая год хранить эти яблоки нетронутыми ради титула «прекраснейшая», — лишь капризной девицей.

Мирские дела уже не столь сильно тяготили её, как это было раньше — юность и неопытность в начале пути приводили к ошибкам, к сожалениям и боли от набитых метафорических шишек, но елейные заверения мудрецов были встречены лишь холодом её затянутых поволокой слепоты глаз, а души их так и сияли мрачным светом корысти. Быть может, ей, жрице Мнестии и дочери благородной семьи, преклонявшейся перед «красотой», и было бы приятно вплетение Золотого Кокона в значимость истории Амфореуса, но Аглая искренне считала, что все титаны сделали свою часть работы, чтобы создать этот мир. Кефал стал фундаментом для этого мира, Керкес – воплощением мудрости и плодородия, а Мнестия, будучи творением последней — соединила души нитями; и вопрос, как ей казалось, был лишь в том, какой инстинкт был древнее: влечение или познание.

Она молча, почти безучастно ловит каждое слово молодого – по её меркам большинство из тех златиусов, что родились за последнее столетие, были юношами и девами, — отчего-то отмечая про себя словоохотливость мудреца и то, насколько он казался ей по-своему очаровательным, несмотря на остроту языка и остроумие.

— И правда, довольно досадно, — с блеклым, едва слышимым смешком отвечает портниха, делая пару шагов вперёд; она снимает капюшон, демонстрируя лицо во всей красе – Аглая не привыкла прятать ни свои слепые глаза, ни застывшее в надменности равнодушие, некоторыми воспринимаемое за безмятежный покой, а уж ошибочно или нет — время покажет. Мужчина перед её внутренним взором хрупок, как ветка, и если её нити способны даже сдержать божественную оболочку, то его наверняка переломили бы безо всяких усилий; но внешность далеко не отталкивающая: правильные черты лица, острый взгляд, полный уверенности и насмешки над всеми и самой судьбой. Возможно, он не был эталонным красавцем, но даже полубогиня Романтики не могла отрицать, что было в этом эксцентричном учёном что-то, что притягивало её внимание, — Впрочем, льстить мне столь же «полезно», как набирать воду в надтреснутый кувшин. А если точнее — в этом отсутствует всякий смысл.

И правда, сколь бы много ей ни лгали, ни лили в уши приторный мёд — Аглая улыбалась, но «взгляд» её был острым, как её портняжные ножницы; интереса в подобных вещах она для себя не имела, а за тысячу лет дифирамбы рано или поздно навеют скуку: вот и приходится столь незадачливо прятаться под капюшон, но мгновение не изменит её стати, уверенной походки и слишком родного для неё ощущения — как будто что-то внутри тянет её вглубь, к останкам Золотой Куколки.

Но сейчас она ощущает — и кожей, и своими немногочисленными нитями, оставленными здесь для элементарного ориентирования в пространстве, — взгляд. Оценивающий? Насмешливый? А может, столь же любопытствующий? Но явно не преисполненный чего-то неподобающего, с чем Золотой Ткач сталкивалась до неприятного часто.

— В своё время цезарь Керидра дала мне одно важное наставление: отдых — залог высокой продуктивности. Возможно, теперь этот совет, пусть и не совсем испрошенный, пригодится не только мне, — а ведь, помнится, и её старшие соратники обвиняли в трудоголизме и чрезмерно серьёзном подходе к делам. Возможно, если бы не это замечание, её воля погасла бы значительно раньше, но загадывать и думать об этом не слишком хотелось — лучше оставить силы для разговора с Анаксагором. А они, безусловно, понадобятся, — Что же касается правил, то, безусловно, я нахожусь здесь на правах гостьи, и не собираюсь нарушать-

Однако тут же девушка чуть хмурится. Что же, её подловили столь нелепым образом, и потому полубогиня Романтики тихо, почти беззвучно вздыхает, но слушает внимательно – и едва заметно хмурится, заслышав о дневнике и его содержимом.

— Звучит богохульно, — прокомментировала портниха, но на лице её — ни злости, ни возмущения (пока что); казалось, что в её слепых глазах появилась лишь тень чего-то похожего на разочарование. Кажется, Аглая не заметила, как на словах о сказочных обещаниях прикусила губу — даже слишком, и капелька золотой крови тут же отдаёт во рту медью и чем-то горьковатым. Возможно, его слова задели за что-то живое — за то, ради чего она в своё время отдала свои прекрасные золотые глаза, безо всяких сомнений отдав жестокую плату за пророчество о сияющем будущем, за то, что это именно та «красота», когда мир для неё в испытании погрузился во тьму; но досада и что-то на грани обиды были настолько блеклыми, что даже выражение её лица от осознания чувства боли не изменилось, — И чем же, на Ваш взгляд, обоснована их «сказочность», достопочтенный Анаксагор? Хотелось бы услышать причины считать столь... кардинальным образом отлично от иных учёных мужей и мудрецов.

0

Перевести5

Форум: Cyberpunk: Rewired

Текст заявки:
Мередит Стаут.
Каноничный персонаж, всем известный, кто проходил компьютерную игру

Единственная женщина в городе, которая просто трахнула Ви, и не ебала мозги всякой хуйней. Конечно, Найт-сити нужная такая героиня.
А лично мне нужен кто-то из Милитеха, чтобы было с кем вместе делать Милитех great again. Есть идеи насчет того, что можно поиграть, как касательно событий, происходящих в компьютерной игре, так и насчет деятельности Мередит на новом посту. В игре мы на все смотрим глазами Ви, но мне всегда было любопытно, как все прочие акторы реагировали на все эти, происходящие в Найт-сити события, вроде смерти Сабуро, выборов мэра, падения президентского шаттла. Ну не может быть ведь так, что по новостям говорят о внезапной смене власти в Арасаке, а в Милитехе такие "ну и хрен с ним, нас не касается". Или что такая серьезная корпорация прошла мимо выборов мэра, не пытаясь вмешаться в их результат.
Было бы очень интересно поиграть между таймлайнами, когда начнется еще одна Объединительная, и еще одна Корпоративная.
Насчет взаимоотношений между персонажами, то у меня нет какого-то придуманного сценария. Можем быть в хороших отношениях, можем конкурировать, интриговать, соперничать, в лучших традициях внутрикорпоративной конкурнции. Можем быть "заклятыми подругами", как змея и черепаха из того анекдота. Можем трахаться. Можем, подставлять друг друга или выручать, или и то, и другое.
Мне думается, что Мередит была непосредственной руководительницей Пег до момента, как Мередит перевели на новую должность, на почве можно сыграть пару-тройку неплохих флешбеков.

Ваш персонаж:
Моя анкета

Пример поста

Пример поста

0

Перевести6

Цунаде ищет свою Шизуне

Ссылка на ролевуюNaruto: Best time to return

https://upforme.ru/uploads/001b/ff/2a/1520/912924.jpg

Связь со мной
ТГ: ordere | Дискорд: somrage

События игры начинаются с начала сюжета Шиппудена, поэтому даже доскональное знание канона не так критично. Из основных событий:
– Данзо убит руками Итачи и компании, Коноха под единоличным управлением Цунаде
– Акацуки не сидят на месте. Пейн уже совершил нападение на Коноху, правда не с целью схватить Девятихвостого или разрушить деревню, но ситуацию это не упрощает
– В Суне большой кризис
– Над миром шиноби нависает громадная, еще неизведанная угроза – Империя Демонов, Акума но Тейкоку, уже захватившая одну из стран на континенте

Обо мне


Я страсть как люблю главные роли – могущественных, наделенных властью и опытом женщин. И роль Цунаде не исключение, но исключительна сама по себе. Ведь я не типичная для таких ролей злостная антагонистка и я не серый кардинал – я та, чье большое, трепещущее любовью сердце пылает Волей Огня.

[float=left]https://upforme.ru/uploads/001b/ff/2a/1520/308456.jpg[/float] Мне действительно важно иметь влияние в сюжете и претворять в жизнь масштабные планы. Управление – kind of ролевой кинк, а еще в моих принципах создание контекста и интересной игры как для тех, кто со мной играет, так и для персонажей, кто находится под моим началом. И хотя это основные приоритеты, мои хэдканоны на Цунаде и многогранность персонажа оставляют пространство для теплых разговоров, стекольных сцен и романтических похождений – можно взболтать и смешивать.

Моего ролевого опыта хватит на всё.

* Комфортная, дружелюбная, нетоксичная, крайне толерантная.
* Совсем немножко душнилка.
* Не против личного общения в дополнение и вне игры, но я не навязчивая. Будет замечательно, если ты станешь моей правой рукой не только в постах, но и в принятии и придумывании совместных игровых решений.
* Последние мои роли длились месяцами и годами, а два последних проекта пережила я, а не они меня.
* Не люблю пустое графоманство, не лью воду в постах; если они объемные – это потому что мне есть что сказать.

О тебе

[float=right]https://upforme.ru/uploads/001b/ff/2a/1520/373197.jpg[/float] Ролевой опыт – опционален. Куда больше ценю желание действительно играть и развиваться, а не пропасть через неделю после написания анкеты (там и писать-то нечего). И хотя у Шизуне огромные возможности и потенциал для разноплановой игры, ты должна быть готова к большому количеству относительно спокойных, рассудительных разговорных сцен – вести со мной встречи и разделять управленческие задачи, помогать в печали и в радости, и быть той самой опорой, на которую я могу рассчитывать, даже когда очень хочется что-нибудь сломать.

Я ценю индивидуальность, поэтому хэдканоны только приветствуются. Ты можешь быть абсолютно ведомой исполнительницей – поглажу все необходимые потребности, загружу работой и весом своего авторитета. А можешь быть и мягкой, направляющей силой, что не дает черезчур амбициозной Хокаге потерять голову и аккуратно усмиряет пылкий нрав там, где необходимо.

Если хочется глубокой женской дружбы – пара хэдканонов на пейринг имеется, но это строго опционально. Разыграть и реализовать можно тоже по-разному: от полунамеков, сложностей и стекла до мокрой постели.

* Знаешь, на что идешь и что тебе нравится
* Ответственный человек на ответственной роли
* Ищешь свою mommy (шутка (возможно))

Мой пост – о прошлом и будущем

Тема для пробного поста: Что такое хорошо? А что такое плохо? Даймё страны Огня вызывает Хокаге для объяснения, почему погиб Данзо и арестованы старейшины Кохару и Хомура. Опишите эту встречу.

..но прежде всего, Хокаге-сама, вы обязаны явиться на встречу с господином до заката, – посланник закончил речь, положил свернутый документ на стол и покинул кабинет.

После того, как дверь за ним закрылась, вошла обеспокоенная Шизуне. За усталостью в моем взгляде наверняка читалось и раздражение, хах, еще бы я пыталась его скрывать. Статус Каге определенно заставлял контролировать эмоции лучше, чем раньше, но это никогда не было моей сильной стороной, хм. И один вид Шизуне – понимающей, осознающей, разделяющей мои чувства – как всегда придавал сил и решимости. Но все же...

– Чтобы еще раз этот чертов юнец отчитывал меня, как девчонку! – недовольно вскрикнув, я ударила кулаком по столу и он чудом выдержал это происшествие.

Ну... Я предлагала предупредить Даймё заранее, – неуверенно сказала помощница, отводя взгляд в сторону.

– Я помню, Шизуне. И все также уверена, что отдавать приказ и начинать зачистку надо было до того, как мы погрязнем в бюрократии. Не забывай, мы боремся с наследием человека, что всегда имел запасной план и множество грязных козырей в рукаве. Я готова нести ответ перед Даймё за свои решения, но не готова ставить под угрозу безопасность деревни, – проговорить это снова было важно, и озвученное вслух – оно помогало унять недовольство. Это был не совсем тот случай, но пришедшая мысль отразился на моем лице с короткой улыбкой, не без тени наглости. – Легче просить прощения, чем разрешения.

Мне подготовить документы к вашей аудиенции с Даймё, Цунаде-сама? – Шизуне всегда знала, когда нужно вернуть диалог в продуктивное русло.

– Да. И еще – пригласи Шиикаку и Хиаши в зал совещаний через час. Времени у нас в обрез, я должна составить речь без изъянов. Сама отправляйся туда же, как только закончишь с документами. Твоя помощь тоже понадобится.

...

Через час я сидела в окружении всех названных лиц за совещательным столом. Даймё потребуется объяснения не только касательно произошедшего, но и касательно моих самовольных и решительных действий в отношении Корня и старейшин. Я знала, что эта аудиенция не будет легкой – именно поэтому поддержка светлейших умов Конохи будет кстати. Шиикаку ранее уже помогал мне после ситуации с Ламиноко, и даже до смерти Данзо уже предпринял ряд полезных шагов в нашей борьбе за право сохранить за Хокаге доверие жителей. В нем я не сомневалась ни капли. С Хиаши... Ситуация была чуть сложнее, но репутация старшего Хьюго, как главы одного из четырех благородных кланов, будет важной опорой в разъяснении ситуации для Даймё.

Еще двумя часами позже мы встали из-за совещательного стола. Речь была готова.

...

– Я рассчитываю на тебя, Шизуне, – я коротко обняла помощницу, кивнула, и повернулась к спутникам.

Хиаши, Шиикаку и небольшой отряд сопровождения ожидали приказа. Я взялась за полы неудобной шляпы, белой с красным, пока вечереющий ветер так и норовил снести ее. Представительское белое одеяние трепыхалось громко и настойчиво, будто подгоняя отправляться в дорогу.

– Отправляемся.

...

Лучи золотого солнца пробивались сквозь деревянные жалюзи, укладывая полосы теней на пол просторного приемного кабинета, разделяя расстояние между Даймё и мной. Я смотрела на него без сомнений, прямо и уверенно, разглядывая морщины усталости на заплывшем лице старика и стараясь найти в его образе то, за что могла бы зацепиться... За что-то, что не позволило бы мне просто ударить каблуком об пол, заявив о своей правоте без всяких объяснений. Но шляпа, давящая на затылок, напоминала мне о том, кто я такая и зачем я здесь, точно также, как лица глав кланов, стоящих по обе стороны от меня и готовые отстаивать мою позицию в официальной аудиенции Каге и Даймё. Шиикаку и Хиаши нужны были мне здесь по многим причинам – не просто так дипломатические встречи редко когда проводились с глазу на глаз. Мне нужно их доверие, а Даймё нужен мой авторитет в их глазах... Каге может быть выбран только превалированием большинства голосов Джонинов, и кто, как не главы двух важнейших кланов Листа олицетворяют их. К тому же, мне хватало одного взгляда на Шиикаку, встречая поддержку на его лице, чтобы продолжать говорить уверенно и четко.

– ..Корень был официально распущен третьим Хокаге и тем не менее, Данзо Шимура продолжал использовать ресурсы организации, взаимодействовать с Анбу, отдавать приказы и принимать решения в обход ведома Хокаге – речь идет не только обо мне, как мы видим из предоставленных свидетельств – тем самым де-легитимизируя свою деятельность как одного из старейшин деревни. Это превышение полномочий, эти нарушения, критические и систематические, являлись прямой угрозой безопасности не только Конохагакуре но Сато, но и всей страны Огня. Прикрываясь мнимым благом для жителей деревни, Данзо продолжал преследовать личные цели и выгоду, ставя на кон жизни простых граждан и шиноби на их защите. Жизни наших детей. Наши с вами жизни, уважаемый Господин Даймё, – я взяла небольшую, но значительную паузу, и продолжила, опираясь на заранее построенные аргументы и имеющиеся факты в их защиту. – Инцидент с кланом Учиха не единственный, но самый яркий тому пример. В цивилизованном мире превентивное насилие в отношении тех, кто вложил неоценимый вклад в силу нашей Страны – не может быть оправдано. И уж тем более не тем человеком, кто использовал это ради усиления своего собственного могущества.

Свитки и бумаги ложились на стол один за другим. Часть из них Даймё успел изучить еще до моей речи, что облегчало предметный диалог и отбрасывало большую часть вопросов и претензий. Шиикаку и Шизуне при составлении речи и подготовки документов помогли с законодательной частью, каждое решение и каждый аргумент в моей... В нашей позиции – были не просто красивыми словами, но имели под собой базу конкретных пунктов свода законов. И проговаривая все это, если честно, я даже не переживала и не сомневалась. Единственное, что меня действительно беспокоило – это реакция Даймё на мое самовольное решение об аресте, как бы я не хотела, все равно понимала, что обосновать это будет не так просто, как все остальное. Здесь в очередной раз выручил методический подход Шиикаку и мы заранее обсудили несколько указов из свода, подписанных в том числе самим Даймё, которые, даже если не в полной мере, позволяли оправдать мои решения.

– ...Я действительно должна была поставить вас в известность заранее и согласовать все действия с Вами... – хорошо, что не ляпнула извинения, подумала я.– ..В любой другой ситуации, кроме этой. Обстоятельства угрозы внутренней безопасности требовали строжайшей секретности и незамедлительного вмешательства, что давало мне полное право принять решение об этих непростых мерах единолично. С другой стороны, я могу ручаться, что все было выполнено профессионально и с соблюдением необходимых формальностей, начиная от документальной сводки, заканчивая общественно-открытым процессом тогда, когда это стало возможным. И хотя старейшины грубо и неоднократно нарушили устоявшиеся законы – я обязана отвечать и за их безопасность, что также требовало от меня определенного подхода...

Среди того вороха секретных бумаг, служебных записок и приказов, нашлось и несколько фрагментов переписок старейшин и Даймё, что... Были найдены именно в архивах Корня, а не Конохи, и один уже этот факт выставлял их в негативном свете. И в процессе написания речи я думала, стоит ли обращать на это внимание Даймё. В итоге, посовещавшись со своими коллегами, было решено не упоминать это изначально, но оставить на запасной случай. С одной стороны, Даймё и сам должен быть в курсе этих переписок, и ему невыгодно делать их достоянием общественности, и таким образом мы можем заполучить только больше доверия, помогая сохранить ему репутацию и как бы намекая на желание сотрудничества, оставляя это за скобками. С другой стороны это было запасным рычагом давления на случай, если беседа приобретет нежелательный оттенок.

– ..Мир не стоит на месте, господин Даймё. И мы должны двигаться вместе с ним. Там, где раньше конфликты решались силой и кровью, сегодня мы можем решать их мирным путем. В истории Конохагакуре но Сато достаточно темных пятен; как стало известно, намного больше, чем мы могли себе представить – но только проливая свет на эти события, рефлексируя и принимая их, мы можем использовать их как наглядные уроки для будущих поколений. Когда-то давно не было скрытых деревень шиноби. Когда-то давно не было Каге. Когда-то войны начинались без повода и заканчивались без победителей. Когда-то в отрядах не было ниндзя-медиков, чьим долгом является спасти жизнь – не только союзников, но и обезаруженных врагов. Когда-то давно Джинчуурики были только оружием, а не людьми...

Моя прописанная речь оборвалась многим раньше, чем то, что я говорила последние пару минут. Без промедления, без запинки, без усилий и надобности подбирать слова. Каждое предложение доносилось не с губ, а откуда-то намного глубже, намного... Болезненее. Кажется, Шуукаку и Хиаши поглядывали на меня сначала с неуверенностью, но потом я почуствовала нутром их одобрение. Я неотрывно смотрела на Даймё с высоко поднятой головой, но все мои мысли внезапно занял другой человек – Наруто. Светлые волосы, растрепанные ветром, улыбка, отгоняющая любые сомнения. Я подумала, что если бы не он, я бы не стояла сейчас здесь. И я почуствовала очередную благодарность за то, что именно он позволил мне оставаться собой...

– Мы не можем изменить прошлое – но мы должны измениться, чтобы изменить будущее.

..И гордо нести Волю Огня.

Мой пост – ведущая в бой

До взрыва Шинра Тенсей

Маленькая Кацую оказалась на руке одного из охраняющих АНБУ.

Доставить ее к Штабу немедленно, – скомандовала я.

Когда я скрестила ноги, усаживаясь на верхушке того, что осталось от резиденции, концентрировать мне нужно было не только чакру – моей полной концентрации требовала вся обстановка в Конохе.

Но прежде промелькнула короткая, болезненная, как нож под ребро, мысль – я дала слабину. Будь-то недостаток руководящего опыта, эффект неожиданности, или что-то еще, я должна была получить больше из этой встречи с... "Яхико?" – я удивленно раскрыла глаза на секунду, вспоминая слова Джирайи после информации с допросов Акацуки и имя одного из детей Аме. Я давно не слышала, чтобы он говорил таким тоном. Мой короткий диалог с этой встречи оборвался по моей вине, по моей неопытности, и это не просто расстраивало, но злило. И злость расходилась напряжением желваков от сжатых до боли зубов.

Стоп. Отбросить лишнее. Сейчас важно другое.

Выдох.

Я закрываю глаза и погружаюсь в темноту. Облик деревни с высоты птичьего полета сменяется картинкой карты Конохи, развернутой на широком столе, куда одна за другой ставятся миниатюрные фигурки. По мере того, как Кацую распространяется по деревне, а шиноби передают информацию из уст в уста, эта карта лишается темных пятен. Внимание сосредотачивается на основных очагах столкновения.

Несколько членов Акацуки? Поскорее бы получить информацию от сенсоров.

Я рассчитываю на Кацую, но еще больше – на шиноби, что должны собрать для меня картину боя воедино.

Мне нужно знать, где Наруто!

Заканчивается сражение в районе госпиталя. Противник побежден.

Черные штыри. Проводники чакры! Отличная работа, Рикен, Сакура, Наруто.

Генма и его отряд передает информацию о замеченном Тендо.

Вот он где. Ждет подходящего момента для боя? Или момента, когда все будут слишком отвлечены?

Второе столкновение в Отделе дознания, два противника и призывы.

Ему не нужен Наруто. Не в этот раз. Иначе его люди...

Кацую дотягивается до все большего числа шиноби Конохи, снабжая сведениями. Вот и Нара из штаба.

Они похожи. Геном одного клана? Люди ли они вообще?..

Сенсоры подтверждают проникновение только четырех противников, один ликвидирован.

Нужно сосредоточится на прямой угрозе.

Работа барьера восстановлена и направлены дополнительные силы на укрепление. Противник как на ладони и теперь можно с уверенностью считать...

Это не нападение Акацуки на Коноху. Это нападение Пейна. Он не лгал. Основная цель – Отдел дознания, пленные. Дополнительная – Госпиталь. Что ему сдалось там?.. И есть ли тут что-то еще?

Уничтожать призывных зверей бесполезно, их зафиксировано только больше и больше.

Все правильно – только запечатывать.

В зверях также обнаружены черные проводники чакры. Ибики запечатывает тюрьму под землю.

Умный ход. Но не слишком ли поздно? Черт возьми.

Коноха еще не полностью мобилизирована.

И все же. Пришло время отве-


После взрыва Шинра Тенсей

Бледное зарево ослепляет даже отсюда. Отражается от моих глаз, вытаращенных, как два блюдца. Приоткрытые губы застывают, парализованные от шока. Время останавливается и запускается снова в замедленном действии – пока угасает свет, пока оседает пыль, пока проявляется форма кратера. Правила военной подготовки и здравого смысла требовали меня оставаться здесь, в Резиденции. Но...

Госпожа.. – Кацую липнет к шее.

– Знаю, – отрезаю я. – Кацую: Морьёджика.

Ритуальный круг вокруг меня замыкается, когда рука формирует печать Козы. Мои запасы чакры передаются Кацую – каждой Кацую, прикрепленной к пострадавшим шиноби. Даже зная, что техника требует методичного, медленного и равнораспределенного контроля чакры, я пытаюсь усилить этот поток на максимум. Это рискованно – я могу потратить чакру впустую, причем больше, чем того требовалось обычно, но времени у меня нет. Я просто не могла оставаться здесь.

Прошу, помогите добраться до раненых, – слышат те, кто не пострадал от взрыва, но может помочь. – В приоритете тяжело раненые, дети, шиноби по рангам. Потом... Остальные. Простите меня.

Я выдыхаю, заканчивая технику намного раньше, чем требовало ее использование. Если я смогла найти баланс – эта версия Множественной сети исцеления должна быть менее эффективной по количеству Кацую, что способны помочь раненым, но более действенной по эффективности. Отрабатывая эту технику, я думала о такой возможности прежде, при неудачах замечая, как некоторые слизни просто лопаются и исчезают от количества переданной чакры, но другие... Способны к более эффективному восстановлению.

– К отделу дознания, сейчас же! – кричу я, АНБУ вокруг переглядываются в неуверенности. – Рассредоточиться по формации!

Мне казалось, что я говорила спокойно, но голос драл горло. Это не мой голос и не мои слова – я повторяла то, что слышала от Орочимару и Джирайи, машинально, как фразу, слишком хорошо заученную в прошлой жизни. На войне. Перемещаясь с помощью Мерцания, я едва понимала, как мои ноги несут меня с такой скоростью к месту происшествия. Во мне кипела боль и злоба и каждый прыжок впечатывал эти эмоции в неповинную черепицу зданий под ногами. Но чем ближе я приближалась, тем больше отступали эти чувства, оставляя только необходимое. Конохе не нужна моя злость. Им нужна моя опора.

Прямо на ходу я отдавала распоряжения через Кацую.

– Подготовить свитки, команды запечатывания отправляются к кратеру. Усилить внешний барьер. Оцепить периметр вокруг взрыва на безопасном расстоянии, исходим из того, что это не единственная цель врага. По оцепенению рассредоточить медиков, эвакуировать пострадавших критически, стабилизировать остальных. Внутри периметра не должно остаться никого ниже ранга чунина. Кацую, найди всех боеспособных Хьюго поблизости. Когда я окажусь на месте, повторяй каждое мое слово. Там же должна быть треть уцелевших слизней.


У отдела дознания

От ближайшей уцелевшей крыши я сделала высокий прыжок вверх, за границу кратера. Мне нужно было чтобы как можно больше шиноби увидели в небе зеленую накидку, прежде чем я приземлилась внутри периметра. Дело не только в боевом духе – но потому, что мне нужно их внимание. Ноги снова сцепились с землей. Взгляд игнорировал даже брызги крови на руинах стен и земле – мозг просто не мог обработать их и поддаться страху. Я настигла Сакуру так быстро, как могла, выискивая в дыму и грудах развалин розовую голову, пока чуть не снесла ее собой. Рядом с ней и Какаши. Замечательно. Припадая на одно колено, и протягивая руки для усиленного исцеления, я сделала глубокий вдох.

– Сакура – возглавляешь медицинский отряд. Ио, Амено, еще один иръенин и кацую с тобой, – несколько десятков слизней сползались к девушке. – Неджи, Тентен, Ли, Гай, Хана. Потом остальные.

Сакура знала, что согласно медицинскому протоколу, я называю имена шиноби именно в той последовательности, в которой должна быть оказана помощь.

– Хиаши – сформировать два отряда запечатывания и сосредоточиться на призывах врага. По одному Хьюго на три человека.

– Нара, Абураме – сформировать три отряда по три человека, отвечаете за контроль поля боя, ваша задача распределить и растянуть силы противника, выигрывая время запечатывающей команде и давая пространство остальным.

– Передовой отряд – Ямато, Наруто, Рикен. Я буду сражаться с вами. Цель – Пейн, его люди и спасение Ибики.

Держать его в стороне бесполезно. Лучшее, что я могу сделать – обеспечить Наруто защиту прямо в гуще сражения.

Выпаливая фразу за фразой, я перевела дух, смотря как чакра впитывается в раны Какаши, затягиваясь на них.

– Какаши, у тебя особенное задание, – прошептала я, потому что сказать это во весь голос уже физически не могла. К тому же, эта единственная речь, что предназначалась только ему, и по моей интонации Кацую это знала. – Пожалуйста, я рассчитываю на тебя. Это все та же техника, но масштаб другой. Твоя задача – следить за ними всеми, но прежде всего – за главным, Пейном, того, что мы видели у Резиденции. Не упускай его из виду, как и остальных, но главное – дай нам знак. Речь идет о секундах, но они могут выиграть нам преимущество. Противостоять этой технике.

Слизень показался из скрытого кармана Хатаке, и скрылся вновь.

"Кацую" – напомнила я одной мыслью, что все дальнейшее вновь должно быть передано моими словами. В этой битве каждый шиноби должен работать как единый механизм. И даже это лишь заявка на успех, а не гарантия на победу. Кацую давала мне это преимущество. Я позволила себе быть в гуще битвы, получая и передавая информацию и приказы в едином потоке, связывая Коноховцев не по привычной вертикали: от Хокаге к Штабу, от Штаба к джонинам и далее, а по горизонтали.

– Мы имеем дело с опасным противником. Все распределены на отряды по три или четыре человека. Убедитесь, что в каждом отряде есть шиноби с мощной и главное быстрой оборонительной техникой – например, Кайтен клана Хьюго. Бьякуган также поможет каждому отряду сфокусироваться на чакропередатчиках – выглядят как черные штыри, что вы видите на Акацуки и призывных зверях. Каждый отряд работает в тесном построении. Запомните главное – если Кацую дает знак, назначенный в отряде защитник в тот же момент использует оборонительную технику, образовывая брешь в ударной волне и безопасный конус, где могут укрыться союзники, используя линейную формацию. Промедление будет стоить дорого.

Джирайя... Как же ты нужен мне сейчас.

В разработанной мною стратегии, опытные шиноби могли распознать и еще кое-что, о чем я не могла сказать вслух, и не хотела думать, но нахлынувшая память войны не отпускала. "Спина товарища может спасти тебе жизнь". А еще я понимала, что команды сформированы слишком наскоро, и слаженной работы будет добиться сложно – но в условиях сложившегося хаоса и все еще идущей мобилизации другого выбора у меня не было. Взглянув еще раз на Какаши, я ждала его готовности и понимания. Мне и самой хотелось опереться хоть на кого-то сейчас. Хотя бы на мгновение. И только потом я могла выдвинуться ближе к центру кратера, чтобы встретится с теми, кого выставила в авангард. 

– Те, кому оказана помощь после ранения и в стабильном состоянии – присоединяются к бою и формируют вторую линию атаки, назначая защитников самостоятельно, – я говорила, уже шагая вперед, угадывая силуэты Акацуки. – За противниками замечены характерные техники, используйте это. Лысый – механизированная боевая машина. Здоровый бугай – судя по всему, перенаправляет, либо поглощает чакру и техники. Короткий ежик, сам Пейн– самый опасный, использует мощное додзюцу, что все видели воочию. Изучайте длинноволосого.

Трое АНБУ и Аоба образовали построение на дистанции позади меня, становясь первой формацией "второй линии". Я пыталась найти свободный участок в бою, ближе к центру, где псы будут отвлечены боем, и надеялась на эту точку сбора с Наруто, Рикеном и Тензо. Зеленая накидка полетела в сторону – еще один знак, как развевающийся на ветру флаг.

Госпожа, вы уверены, что это сработает? – обеспокоенный, тонкий голос Кацую звучит у самого уха.

У меня не было времени совещаться с Шиикаку и остальными. Не было времени придумать что-то лучшее, кроме того, что пришло в голову первым. В сражениях с шиноби такой силы медленная и выверенная стратегия проигрывает, потому что к моменту ее реализации сражаться уже некому. Все, что у меня было – информация от Кацую с мест столкновения с врагом и то, что я видела своими глазами. Первое и первостепенное – я попыталась разработать противодействие, подготовиться ко второму удару. Далее мне нужно было любой ценой нейтрализовать хаос. Плохой план лучшего, чем никакого. Оцепление периметра позволит организовать преследование из любой точки,   передавать информацию, расширить или сузить область боя. Находясь в непосредственном столкновении я смогу оперативно перестроить тактику в случае, если появятся новые вводные, так, как это невозможно сделать из Штаба. Все это, конечно, замечательно. На словах.

Понятия не имею, – отвечаю я ей и самой себе, так тихо, как только возможно.

Мой пост – управление и политика

– Оставьте здесь.

– Передайте это сообщение в госпиталь.

– Не нужно, я сама.

– Да... Нет!

– Это на печать, это... В штаб. Это... Я забыла. Сейчас.

– Секунду. Не мешайте мне.

– Это еще откуда?!

– Да пошли вы...

– Шиз... А, точно. Ч-черт.

– ДА КАК ОНА ЭТО ДЕЛАЕТ?!


Так и живем. Мы, конечно, в ответе за тех, кого отправили на миссию, но что насчет всей этой неподъемной кипы бумаг?! Это мне, вот, прям серьезно надо разгребать, да? САМОЙ?

К концу первого рабочего дня без Шизуне уверенности в собственном решении поубавилось знатно – процентов на минус сто. Мало того, что я не разобралась с задачами на сегодня, ощущение, что завтра меня ждет тоже самое плюс еще столько же морально уничтожало. Перед отправлением Шизуне передала часть своих дел и обязанностей трем помощницам, отведя каждой определенную роль и сказала об этом мне. На что я, само-собой гордо, выпятив грудь, почти что с наездом в голосе ей выдала: "так, за кого ты меня принимаешь?! Я, Пятая Хокаге..."

..Решительно не могу вычислить коэффициент необходимых средств на дополнительные расходы миссий ранга A-C и составить план-график затрат на следующий квартал отталкиваясь от медианного значения в нынешнем году. Все, что я могу – это, блять, подписать его.

Помогите.

К сожалению, такое уже бывало, но каждый раз как в первый. Когда наступила фаза принятия (она же фаза полнолуния, судя по ночному небу за окном) я все-таки сгребла свою гордость глупость в охапку, запихала туда же, куда хотела бы, чтобы все пошли, и вызвала в кабинет одного из АНБУ, чтобы к утру достал мне этих девочек в Резиденцию. Надо было видеть их лица, полные панического ужаса, когда они стояли перед кабинетом задолго до моего прихода (не считая опоздания). Но их можно понять – не часто тебе ночью приходят АНБУ с требованием спозаранку явиться в Резиденцию Хокаге.

Видя, как эти протеже Шизуне начали сокращать объемы работы на моих глазах я даже не знала, что я хочу больше – выдать им тройную премию или ударить. Одно я знала точно – больше мне не хочется проломить лбом стол. Наконец-то могла сосредоточиться на своей привычной работе.


Госпожа, Шизуне-сама передает, что они только что прошли досмотр в Деревне Скрытого Песка, – Кацую осторожно вытянула рожки в мою сторону.

– Уже? Сколько времени-то?! – я посмотрела на часы, на календарь, потом задумчиво постучала по столу. – Да, и правда. Хорошо.

Отправляя две команды под руководством Асумы и Шизуне я ставила себе (и им) несколько задач. Во-первых, Суне, к сожалению, все еще нужна поддержка наших шиноби. И как показал опыт Рикена, дело не только в численности, но и в подходах к миссиям, опыте и управлении. Разобраться в этой проблеме глубже у меня не было ни времени, ни возможности – да и ставить Гаару в неловкое положение я искренне не собиралась, по крайней мере до поры. Другой вопрос, более масштабный – политический. Отношение Суны с Дайме ветра требовали разъяснения, и если Гаара не в силах решить эту проблему самостоятельно, помочь была обязана. И тут даже нет его вины; представить не могу, какое бремя ответственности свалилось на шестнадцилетного подростка с получением титула Казекаге. Я тут в шестом десятке порой чувствовала, как голова идет кругом, что уж ему. Будь у тебя хоть целая коллегия из старейшин и советников, порой, они только усложняют и так непростую работу.

Асума и шиноби из обеих команд, прежде всего, помогут в насущных проблемах, угрозах вокруг Суны, организации внутри отрядов самих песчанников и разведки. У Шизуне роль еще более ключевая и как раз заключалась в том, чтобы разобраться с проблемой Дайме, или, как минимум, собрать больше информации, и если вдруг, Асума и ребята смогут прикрыть ей спину в любом смысле. Я переживала, это правда – Шизуне исключительно умная, ответственная и организованная; но вот решительности, настойчивости и банальной самоуверенности ей порой не хватало. С другой стороны она лучше всех осведомлена о моей позиции по любым вопросам и в этом отношении я действительно могу на нее рассчитывать. Мы заранее составили с ней некоторые пункты плана, по которым пройдет ее личная миссия, но договорились держать постоянную связь, так как действовать, вполне возможно, придется по обстоятельствам. О каких-то из пунктов этого плана я заранее получила одобрение у Гаары (надеюсь, он не наломал дров с собственным советом из-за этого).

– Как мы обсуждали, пусть начнет с бытовых, насущных вопросов, – спокойно сказала я Кацую. – Казекаге соглосовал проведение инвентаризации госпиталя, проверки укомплектовки отрядов. Мне нужно, чтобы и она поняла, как все устроено внутри, и чтобы сами Суновцы на руководящих позициях привыкли к ней, пускай как можно быстрее заработает авторитет и войдет в контакт. После этого, уже с представителям совета Джонинов и кем-то из Старейшин, ознакомится с миссиями и отчетами по ним за последний квартал. Пробует предлагать инициативы по улучшению или перераспределению средств и ресурсов. Важно понять реакцию и выстроить диалог. Гаара сам не до конца понимает, что происходит, но я уверена – кризис с Дайме для многих отвественных лиц болезненная тема. Прежде всего нужно найти отправную точку конфликта.

Я растянулась в кресле кабинета, задумчиво смотря в окна и переминая прядь волос, разговаривая с Кацую так, будто бы говорила сама с собой. И вправду, стоило погрузиться в эту тему, как одна мысль наслаивалась на другую, слишком много причин, проблем и возможностей одновременно могло быть замешано в этом деле.

– Нужно получить из архива письма Дайме, причем не только напрямую Казекаге, но и ближайшему окружению. Тема деликатная, при возникновении сложностей пускай обращается ко мне, если что я буду пытаться решить этот вопрос другими методами. В принципе может использовать это и как аргумент – может, одного упоминания Хокаге будет достаточно. Нужно понять, действительно ли проблема только в финансах и эффективности Суны в вопросе успешности миссий, но я готова поспорить – здесь есть что-то еще. Потому как, я уверена, дело не в самих шиноби и том, насколько хорошо они выполняют миссии. Рыба всегда гниет с головы – в совете не поделили зоны ответственности, Джонины недовольны, команды собраны на коленке, а потом мы удивляемся, а что ж это процент выполнения такой низкий, – к концу речи я начала повышать голос.

Г-госпожа...

Прости, Кацую, – вздохнула я. – Задача непростая. Занесло меня что-то. В общем, начать нужно с этого. Пускай связывается со мной хоть ночью. Подежуришь у моей кровати, дорогая!

Я улыбнулась слизню, вытянула пальчик, согнула и погладила красным ноготком холодное тельце.

На этом пока все. Нужно еще поработать немножко...

Мой пост из флешбека – рыдаю слезы и нажираюсь в стеклышко

Каждый год – дерьмовее предыдущего.

Внутри клокочет боль, злость и непонимание, бурлит таким коктейлем, что скручивает внутренности – похлеще чем после любого отравления. Я почти перестала плакать, на замену слезам пришло это чувство, омерзительное донельзя. Рефлекторно, даже не думаю, толкаю дверь в операционную и тут же встаю каменной статуей, широко раскрыв глаза. Зрачки метались бы по углам, но просто застыли, отражая в себе облик Джирайи – распластанного на операционном столе, с разрезаной грудной клеткой, что отсюда кажется ничем иным, как кровавым месивом. Вокруг хирурги, заляпанные каплями крови от медицинской маски до пояса. Запах железный и тяжелый.

Я пытаюсь сглотнуть и вздохнуть – хоть что-нибудь – пячусь назад, врезаюсь в дверь, благо открывается в обе стороны, и выпадаю из операционной. Спина продавливает стену в коридоре, пока я пытаюсь удержать свое тяжеленное тело на подкошенных ногах. Меня обступают медсестры и одна из помощниц хирурга.

Я не могу, – говорю, но губы, кажется и не двигаются.

Я расталкиваю их, пробиваюсь в ближайшую уборную и сблевываю перед унизатом, падая на колени. Мокрые от вспотевшей головы волосы закрывают обзор. Я чувствую, как я плачу, но не слезинки не выходит – только пот струится со лба и попадает на потрескавшиеся губы. Беспомощность хуже любой эмоции, отвратительная, как смрад, бьющий в нос. Нос разложило – лучше чувствовать это, чем запах крови.

Мне хочется умереть прямо сейчас. Пожалуйста.

Я еще даже не знала, насколько сроднюсь с этим чувством. С желанием, чтобы все закончилось, чтобы я перестала быть: слабой, бесполезной, отвратительной самой себе. Оказывается, тому есть и будет не одна сотня причин – я буду находить их все глубже и глубже, а там, где не найдется, придумаю свои собственные. Я еще не знала, что сегодня судьба, издевательски, а может и предупредительно, дает мне знак – смотри, что тебя ждет. Каким-то образом я вынесла это после смерти Наваки, после смерти Дана, но боль, оказывается, никуда не уходила, как и страх – они теплились и расцветали внутри, питаемые моей слабостью, чтобы стать плющом и оплести окончательно.

Ублюдок.

Он не пытался спасти меня, не хотел даже пытаться искоренить мою боль, наоборот – Орочимару был одним из садовников, что растил этот ядовитый корень. Он хотел убить Джирайю быстро, эффективно, чтобы не мучался, чтобы "по кодексу"; убил бы и меня.

Знала я блядские кодексы, наизусть и до строчки; участвовала в написании некоторых и сама. Есть вещи важнее того, что в них написаны. В любом правиле есть исключения. В любой статистике аномалии. В любой практике – ошибки. Кому как не мне, работая с тысячими пациентов, историй болезни и операций, знать это лучше других. Это всегда отличало хороших медиков от плохих; если ты не готова испробовать все, чтобы спасти жизнь – нечего и начинать. Я не сдавалась, исчерпывая все доступные и привычные методы, изобретая новые, когда все другие средства не помогали – и это отличало меня.

Готова ли я сдаться сейчас? Какого черта ты сдался тогда, мразь?

Чем больше времени проходило, чем больше он сам говорил об этом – тем больше я неосознанно перекладывала на Орочимару вину за случившееся. Так, словно бы он хотел, чтобы я ненавидела его за это решение, словно хотел, чтобы я чувстовала боль каждый раз, когда смотрю на его спокойное, отрешенное лицо. Сейчас испытывала ее особенно остро, продавливая коленями потрескавшуюся плитку. Снова воспылав гневом я почуствовала облегчение, страх отступал, возвращался в объятия тьмы, наблюдая за мной изподтишка. Я поднимаюсь на ноги, плещу себе на лицо водой, выхожу в коридор. Свет ламп бьет в лицо, кажется, что я просидела на полу вечность, но на деле прошли считанные минуты.

Докладывайте. Показания приборов, подробности состояния, – они смотрела на меня обеспокоенно и непонимающе. – Сейчас же!

Я больше не могла зайти в операционную. Но я села у входа и руководила операцией вслепую – раздавала указания, принимала информацию, записывала, снова приказывала, пока персонал метался туда-сюда через дверь. Когда понадобилось, то начала передавать им чакру. Никто не посмел сказать и слова. Не знаю сколько прошло времени, пока я не услышала это:

Состояние стабилизируется, пульс приходит в норму, – с победой в голове доложила асситентка.

Он справится...

Но не я.


Джирайя шел на поправку, по крайней мере, его жизни больше ничего не угрожало. Я же совсем перестала ощущать связь с реальностью. Работать больше почти не могла, тренироваться тоже. Я начинала день с рюмки, и порой не знала, когда наступает предыдущий; и где именно. Никто не мог остановить меня или повлиять. Джирайя оставался в госпитале, Орочимару... Серьезно? Каждый раз думая о нем снова накатывало, становилось еще хуже, еще тошнее, поэтому я делала все, чтобы вытеснить облик товарища (бывшего?) из воспаленной алкоголем головы. И тем не менее, зерна сомнений, что он насаждал своим непрошенным мнением, находили все больше отклика. Он говорил, что я слишком чувствительна, и что мир не создан для такой, как я – мои принципы абсурдны,  моя эмпатия и гуманизм сыграют со мной злую шутку. Не было больше никаких принципов. Я все чаще перестала понимать, кто я – для самой себя и для окружающих.

Деревня – некогда родная, за которую я сражалась, за которую умерли Дан и Наваки – теперь все чаще становилась моей темницей. Хорошо хоть в ней все еще оставалось сакэ и игорные дома. Правда, владельцы заведений, будь они прокляты, тоже решили усугубить ситуацию – с некоторых пор меня переставали пускать в заведения, как только мой долг превышал определенную сумму. Все больше игорных домов закрывали передо мной двери, кто-то говорил, кажется, что сам сенсей принял в этом участие.

Ему то, блять, какое дело?!

В Конохе и домов-то было, по пальцам одной руки пересчитать. И кажется меня в этот раз пустили в последний из списка – самый прокуренный и загаженный, но разница уже давно утратила смысл. Кошель грел карман, а сакэ душу; во мне уже столько, что все лица похожи друг на дружку. Они хотя бы улыбаются. Хотя бы здесь меня рады видеть! Да какая... Разница... Сейчас посмотрим, кто будет улыбаться в конце, старые прохиндеи.

Какая честь сыграть с вами, Цунаде-сама, – давит усмешку один из них. – Еще одна бутылка за мой счет.

Я опрокидываю в себя рюмку, проигрываю, снова опрокидываю, разбрасываясь фишками и не считая их. Я знала, что должна выиграть, вот сейчас! Не могла не выиграть, вселенная обязательно захочет, чтобы я выиграла – чтобы снова продолжила играть. А я... Обману ее! Заберу выигрыш, раздам долги, и вообще...

Чушь! Это гр-а-абеж! – сокрушаюсь я за столом уже в цатый раз, глаза стеклянные от азарта, и конечно не от спиртного. – Раздавай по-п п-новой!

Что вы, Цунаде-сама, все прозрачно честно, – лепечет другой.

Знаете, такая шикарная женщина как вы... – моего колена касается горячая сухая ладонь. – Бесценна. Я бы мог отдать вам все свои фишки, даже не думая... Всего лишь за один поцелуй.

Я смотрю на покосившуюся стопку фишек у мужика, и сравниваю со своими... Двумя. Остальные косятся на храбреца, а я думаю только о том, что если не разживусь этими фишками, то вылечу из-за стола – а следом из казино. Я же говорила! Самая вселенная дает мне шанс. Нет, конечно, я совершенно отдавала отчет в своих действиях, полностью себя контролировала, но возможность отыграться есть возможность отыграться... Я все равно забуду эту наглую харю, как только встану из-за стола победительницей.

Все да-а-а-а... Вседоединой! – говорю я, прежде чем добавить. –

Вон.

До боли знакомый, сиплый и холодный голос, оказался на удивление твердым, а судя по лицам напротив, кажется, даже устрашающим. Я обернулась полубоком, скривив лицо в непонимании сменяемом недовольством сменяемом отрицанием сменяемом отвращением. 

А эт ещё че за хрен...

Ну прямсязыкаснял, – мрачно промямлила. – П-полностью... Согласна! Охрана! П-постороннийвпомеще... ни-и-и-и...

Всем плевать. Он использует гендзюцу, на недовольных харях рисуется ужас, такой, что мне даже почему-то становится смешно – ик – я выдавливаю этот смешок. Орочимару ставит меня на ноги, но они не держат, я пытаюсь сесть (опасть), потом вырваться (слабо), потом повисаю на нем (от безысходности).

Нахерты... Приперся сюда-а?! Сам ди вон! Пустименя!

Хотя я уже сама держалась, чтобы не упасть, просто не понимала этого. Взгляд снова выцепил горки фишек и я потянула к ним руку – непонятно зачем. Я победительница, получается? Чушь какая-то... Я хотела оттолкнуть Орочимару, а после – ударить. Впечатать в ближайшую стену, будь он неладен. Сжала кулаки, костяшки так и чесались;  но сил совершенно не было, ватное тело не слушалось ничерта.

Выход... Там!

Я показываю пальцем, не стараясь, прямо в стену перед нами.

0

Перевести7

Форум:  Dragon Age: We Are One

Текст заявки:
Большая потрошительница, капитан наёмников тал-васготов, certified muscle mommy, гора из мускул, любви к своим серожопым и сногсшибательной харизмы ищет... да хоть кого; я практически всеядная. Врагов, друзей, любовников, однопартийцев. Отношения при наличии фантазии и энтузиазма можно вырулить в любое направление.

С особым интересом пободаюсь с кунари посреди военных декораций, обеспеченных нам Антаамом. Есть большие планы на Стэна/Аришока из первой части: Антаам предал его, держит в плену и посевает семена беспредела по южному Тедасу. Если ты придёшь на форум, мы можем закрутить лихую арку по возвращению тебе Антаама и наведению порядка в рядах Кун. Кроме Шокракар есть возможность играть с героями Пятого Мора: Айданом Кусландом, Морриган (которую тоже играю я), а также Изабелой.

Очень хочу видеть Железного Быка - зеркального мне потрошителя, того, кем Шокракар могла бы стать, если бы не впала в немилость Кун. Он, возможно, всё ещё кунари (тут на ваш вкус); она - истинно-серая куноненавистница. Оба работают с Инквизицией, оба пекутся о своих наёмниках, оба хотят почесать кулаками лысину одного эльфа в золотых рейтузах.

Расаан - красотку из Бен-Хазрат, которая пытала Изабелу в комиксах.

Помимо них буду рада видеть красавицу Андаратейю Кантори, Седьмого Когтя Антиванских Воронов. Каллиан Табрис, агентку Ужасного Волка у которой с Шокракар в прошлом произошла горячая интрижка с горьким окончанием.Одного из пиратов Армады Удачи, особенно Мальдин и Рево. Авелин Валлен, которую с дружеской издёвкой зову Сердюля. Допускаю даже Кассандру или Лелиану. В вдруг?

У меня лёгкая фиксация на канонов, но и неканону буду рада. Какой-нибудь иной тал-васгот или марчанин? Кунари или ривейнец? У меня тысяча идей, но и новым я буду рада. Единственное - пусть история персонажа будет связана с Шокракар и с основным сюжетом - война кунари со всем миром, планы Соласа и всё, что из этого следует.

Очень хочется исследовать прошлое моего персонажа: Шокракар держали в концентрационных кагерях Бен-Хазрат, откуда она, злопамятная, вышла вся в красивых шрамах и с долгоиграющим планом, исходом которого должно стать создание поселения, где любой тал-васгот сможет обрести дом. Люблю играть боевое, сюжетное, социально-псыхологическое, как чернуху, так и упорото-юмористическое.
Размер постов абсолютно не важен. 

Ваш персонаж:
https://upforme.ru/uploads/0019/4f/84/317/754588.png

Шокракар, на момент событий Инквизиции 44 года.
Капитан боевого отряда "Двуручник", наёмница, потрошительница, пьющая кровь драконов.
Рост: 192 см.
Вес: 94 кг.

Пример поста
Пост от любого вашего персонажа

Вытянутая из воспоминаний голосом новой знакомой, Шокракар обернулась и увидела приятную картину, которая мигом вытеснила все её ностальгические порывы: Табрис в тряпочке. С худосочными коленями, запятнанными сизыми синяками. С острыми плечами и резкими ключицами. С затянувшимся тоненьким кожным покровом шрамом на бедре. С по-эльфийски маленькими ступнями. Эльфийская порода — филигранная птичья кость. Как они вообще в этом неласковом мире до своих лет доживают?

— Бросай свои шмотки в бадью, — произнесла очевидно заинтересованная Шокракар, наблюдая ненавязчивым серым взглядом за эволюциями своей новой подруги. Что её интересовало больше: драгоценные кунарийские бумажки или оголённый эльфийский хамон, сказать было сложно. Рыжая кокетка тем временем уже обсиживала край стола, обжигая своей развязностью, а потрошительница пока ещё не позволяла горячему туману заволакивать её холодную голову, хотя улыбка уже не покидала перечёркнутых шрамом губ. А рот у Шокракар был большой и характерный, выдающий в ней то ли щедрость, то ли отчаянность — потому и улыбка была широкой.

— Просто обожаю навигационные карты, — подтвердила женщина, принимая из тонкой девичьей руки подсыхающие бумаги, но серыми глазами отмечая, как  скатывается по оливковой коже бедра очередная капелька, оставляющая после себя влажный след. Она уже и забыла, как это приятно, когда с тобой флиртуют, да ещё и так отчаянно. — Покажи мне всё, что у тебя есть.
  Сняв ноги со стола, Шокракар развернула сложенную карту и скатертью расстелила её по столешнице. Рублёная кунарийская клинопись на знакомых очертаниях стран, рисованые красными чернилами змейки судоходных траекторий. Женщина удовлетворённо и глубоко вздохнула. Беспокойство, терзавшее её несколько дней напролёт постепенно отступало на задний план. Неужели Шокракар так повезло, и судьба руками этой желтоглазой воровки преподнесла ей информацию о расположении штабов Бен-Хазрат? Конечно, теперь, когда бумаги были украдены, они наверняка сменят свои локации, однако попросту знать уже их количество и примерный разброс было невероятно полезно.

  В достоверности бумаг не было никакого сомнения. Следующий документ оказался рапортом Атабану, несколько выдержек из журнала какого-то марчанского Хиссрада, а так же подпольные торговые соглашения, наблюдения за басами и — Шокракар недобро прищурилась — отчёт о тал-васготских группировках, подлежащих уничтожению. Вало-Кас, естественно, были среди них. Вало-Кас всегда были среди них. Но последний доклад об их передвижении маркировался в Кайтене, а значит, кунари второй месяц не знали о местонахождении «двуручника». Напротив каждой группировки были уточнения: истинно-серых столько-то, подлежат мгновенному уничтожению. Серых столько-то, подлежат  реинтеграции в кунарийское общество и возвращению в Конт-Арр. Детей столько-то, подлежат возвращению в Ривейн и дальнейшему воспитанию в рамках кунарийской культуры. Опасных особей столько-то, подлежат классической процедуре клеймления.
Ниже были отмечены выполненные и проваленные миссии. Выполненных было больше.

  Удерживая документ раскрытой ладонью, Шокракар нежно провела жёсткими пальцами по строкам на кунлате, задумчиво разглядывая их. Одна строка на десятки загубленных жизней. Сейчас бы треснуть серокаменным кулаком по столешнице, чтоб она проломилась, но потрошительница так не психовала. Когда вызвавшего злобу не было рядом, она умела её бережно приберечь на нужный день. Держать на медленном огне как острый сегеронский соус, чтоб неостыл, но жёг так, что здравствуй геморрой. Но сейчас — не время. Женщина подняла взгляд на рыжеволосую и тихо произнесла:

— Я хочу все эти документы — все до одного. Я скопирую у тебя вот эти четыре, их и забирай, а остальные мне отдай. За каждую получишь золотой, — потрошительница сложила бумажки в две стопки и вдруг весело хмыкнула себе под нос, качая головой и любуясь то картами, то рассевшейся перед ней рыжей лисой. — Ты точно знаешь, кого ты обчистила, малышка? И насколько серьёзен твой улов?

  Столь точная информация очень помогает безопасно лавировать в мире, где каждый твой шаг может стоить жизни не только тебе, но и всей твоей команде. Информация давала ощущение контроля и силы, от которых Шокракар жилось спокойней — так бывает, если твоё мышление становится мышлением дичи, на которую непрестанно охотятся. Возможно, благодаря этим бумажкам будут спасены немало тал-васготских жизней. А всё потому, что у этой рыжей мелюзги-самоубийцы хватило смелости сунуться на корабль Бен-Хазрат.
  Шокракар прищурила холодные серые глаза — чуть раскосые, обрамлённые белыми ресницами — и внимательно посмотрела на Табрис, словно пытаясь в ней что-то разглядеть. Маленькая, ломкая, жизнью потасканная, много раз битая. То хитро подластится — а ведь хватило отчаяния, мастерства и смелости. Горькая, колючая сорная трава, которую не до конца затоптал сапог притеснителя и которая по-своему красиво цветёт. Ишь ты. Выживает.
  Кажется, в этом было что-то от нежности, что-то от признания. Шокракар не знала, да только к Табрис её потянула пуще прежнего. Теперь, развернувшись к эльфийке и подавшись вперёд, она склонялась над ней серым утёсом и разглядывала из-под опущенных век:

— Судьба редко делает мне такие щедрые подарки... Да ещё и в лице такой привлекательной девушки, — вблизи был виден каждый шрам на лице Шокракар, каждая едва наметившаяся морщинка-лучик во внешних уголках глаз, каждая трещинка на закруглённых изогнутых рогах. От женщины пахло тёплой дублёной кожей, алкоголем, металлом и лёгким откликом пота. Изжелта-белые волосы цвета старой кости, теперь заплетённые в косу шальной рукой, были перекинуты через плечо и почти сливались цветом со свободной рубахой, которую Шокракар оборвала для импровизированного бинта своей временной напарницы. Порез на бедре женщины совсем уже не кровил, и даже успел покрыться чёрствой корочкой. Шокракар упёрлась ладонью в край столешницы и вкрадчиво поинтересовалась, пряча в уголках губ улыбку:
— Ты точно больше ничего не хочешь мне показать?..

Отредактировано Морриган (28-12-2025 16:00:27)

Подпись автора

https://upforme.ru/uploads/000b/09/4f/25596/32805.png

+1

Перевести8

Форум:
Warhammer 40000: Imperium Nihilus.

Текст заявки:

София, сестра из ордена Благословенного Исследования

https://upforme.ru/uploads/001c/6b/2b/14/192298.jpg

• Как все сёстры, София попала в монастырь в юном возрасте. Как все сёстры, София преданно служит Императору, пусть вместо оружия она обычно держит стилус и кисть.
Орден Благословенного Исследования - один из орденов Пронатус, тех, кто занимается поиском и хранением как святых реликвий, так и артефактов, чьё присутствие опасно для Империума, а происхождение - туманно. Вернее, таким орден когда-то был - до того, как в своих исследованиях они открыли истинное имя Слаанеш. Или, возможно, пока Слаанеш не решил, что это произошло. Свои подозрения бог подкрепил столь решительными действиями, что орден был уничтожен под корень вместе со всеми сёстрами, даже теми, кто был в миссии, архивами и самой памятью.
• Софии удалось сбежать из монастыря через подземный ход в склепах, унося с собой дневник настоятельницы и артефакт, который орден обнаружил лишь недавно - отмеченный окрылённой каплей крови. Из всех сестёр она выжила одна и до сих пор не может разобраться, корить ли себя за то, что послушалась настоятельницу, или твёрдо исполнять этот последний приказ, ибо на её спасение была воля Императора.
• Ведь с тех пор, как София принесла свои обеты, она никогда не была одна - с ней всегда был Он. Его светом и Его милостью София смогла укрыться от врагов, разоривших их орден, бежать с планеты, ничем не выдав себя, и прятаться в тени многочисленных имперских кораблей паломников, выдавая себя то за пилигрима, путешествующего к святыням, то за служительницу одной из крошечных сект, то за пророчицу Миссионарии Галаксия.
Несмотря на то, что София происходит из небоевого ордена, она отнюдь не беззащитна, но всё же против ужасов, что способен породить разгневанный бог Хаоса, одной смертной женщине не выстоять. Её продолжали искать, а она - продолжала прятаться. В бегах она провела несколько лет.
• Пока однажды к Софии не явилось существо, которое она могла бы описать лишь Ангелом - он был облачён в золото и носил посмертную маску с лика столь прекрасного, что для выражения его красоты не было слов, а крылья его были белее снега. Конечно, София не знала, что его зовут Сангвинором, ангельским герольдом, но он указал мир, куда ей следовало бежать - Кальварию, одну из планет в регионе Красных Шрамов, протектората Кровавых Ангелов.
Там её одинокое скитание по галактике завершится.
• Возможно, это не лучшая новость для Софии, но сейчас ей это ещё неизвестно.


◦ В персонаже желательно сохранить костяк описанной истории, остальное - на ваш выбор; имя, возраст и внешность предложены как пример - можно менять. Про Орден Благословенного Исследования информации практически нет, а то, что есть, можем трактовать, как нам нравится: можно считать, что София сбежала с Парнуса, где в последствии Штерн обнаружила Кричащую Клетку, можно - что монастырей у ордена было два или три, и все были выкошены Слаанеш с обычной для этого бога большой фантазией, а можно считать, что это вообще был другой орден, который подхватил исследования и тоже пострадал. Потому что в бэке, как обычно, всё неоднозначно.
◦ Специфика сестёр из Орденов Пронатус как в первую очередь исследовательниц и артефакторов позволяет не завязываться на сюжете только со мной - у персонажа есть все возможности пересечься как с представителями Инквизиции, так и с другими орденами Астартес или Сороритас. Со мной же предполагается играть приключения, поиски благополучно утерянного меча примарха (да, мы талантливые, мы смогли) и прочего барахла, которого мы за одиннадцать тысяч лет разбросали по галактике примерно вагон, болтер-порно и некоторую социальную драму от близкого знакомства с очень богатым, но не очень здоровым внутренним кровоангельским миром.

Про игровые перспективы:

• Честно признаюсь, что у меня просто есть большое и светлое желание поиграть в паладина, потому что это единственное самоопределение, которое кое-как примиряет Рафена с его существованием, и заявка по большей части написана именно с этим расчётом. Рафену отчаянно нравится кого-нибудь спасать, особенно - если этот кто-то потом ради разнообразия говорит "спасибо", и в целом он склонен в общении с лояльными смертными к некоторым проявлениям опеки, потому что для него все они хрупки. Софии при этом ничего не мешает быть по-человечески сильной - Сёстры вообще духовно зачастую лучше маринада, ну или хотя бы в это искренне верят. Да и лично с Рафеном это, в целом, даже справедливо, потому что он сам себя считает чудовищем и определённо имеет для этого причины. Да, это самый невозможно заезженный троп о сильном рыцаре и деве-в-беде, да, это фетиш на глубокую разницу физических возможностей, да, я преисполнился настолько, что мне не стыдно.
• Дополнительный слой личной драмы нагнетается тем, что, с точки зрения Сестры Битвы, любой космодесантник - мутант, и, хоть и сделал их лично Император, религиозная богоугодность всё ещё остаётся под большим вопросом. Однако по причинам сугубо практическим (спина широкая, прятаться за ней надёжно), здесь и сейчас, у конкретной сестры вполне может случиться некоторая переоценка ценностей относительно отдельных Ангелов Смерти, потому что спасение жизни в целом хорошо эту самую богоугодность повышает. Мне очень хочется поиграть вдобавок к приключениям сложное взаимодействие существ, разнесённых практически по полярным краям "человечности" как концепта, которые выглядят глубоко отличными, хотя на самом деле внутри сломаны почти одинаково.
• Я не самый быстрый игрок на свете - обычно отписываюсь в эпизод раз в два-четыре дня, но делаю это стабильно, и для меня важен соизмеримый темп. Спокойно воспринимаю разовые выпадения, но посты раз в месяц, к сожалению, мне совершенно не подходят - успеваю забыть, о чём договаривались играть. Также мне очень важно третье лицо повествования - почти органически не переношу первое.
Наверное, стоит также сразу обозначить, что я не очень контактный человек во всём, что не касается обсуждения непосредственно игрового процесса, поэтому богатого закадрового общения со мной не выйдет. Но всяческие там вотэтоповороты, действия персонажей, потенциальные идеи развития и прочие штуки - всегда пожалуйста, я люблю писать буковы в игру и про игру тоже люблю. Также охотно помогу с лором (да, он монструозен в своём масштабе и противоречиях, но потом просто привыкаешь) и умею водить по сюжетам, если есть желание соигрока.
• Надеюсь на долгую, объёмную и взаимно интересную игру с эмоциональным вовлечением; однако, разумеется, если у вас не взлетит, мучить вас я не буду - главное, скажите об этом прямо. Правда, очень хочется видеть заинтересованность и честность в любом случае - и если понравится, и если не понравится. Остальное обсуждаемо.

Ваш персонаж:

Брат Рафен из ордена Кровавых Ангелов, карлан перворождённый, прошедший Рубикон Примарис. В ордене прославился тем, что трогал копьё Телесто, то самое, которым Сангвиний частично успешно потыкал Хоруса, убил Обагрённое Божество, которое заявляло себя как возрождённого примарха, изгнал Повелителя Перемен, пережил Чёрную Ярость, а под занавес - вынужденно вколол себе чистую кровь Сангвиния и выжил, правда, не без последствий для души и психики. Регулярно косплеит папу и ловит варп-мультики про мрачное будущее, не менее регулярно видит Сангвинора. С учётом истории и состояния - потенциальный кандидат не то в капелланы, не то в Роту Смерти, большую часть времени находится в темнейшей меланхолии и склонен к жуткому самобичеванию, причём в прямом смысле тоже.
Ах датм, как все наследники Сангвиния - вампир с проблемой хронической жажды, отчего очень мучается духовно (но людей и кто там ещё по дороге попадается всё равно, конечно, жрёт).

Пример игры (болтер-порно):

Пал ещё один брат, Илиот, и Рафен остался один посреди беснующегося зелёного моря, утонувший в нём - и в своём гневе. Фармакопея брони вогнала новую порцию боевых наркотиков, но они были слабее, чем горький его голод.
Кровавый Ангел рубил и рубил, стремительный и юркий, но уже не тешил себя иллюзией того, что сможет прорваться дальше, догнав братьев, те кровавые росчерки, едва видневшиеся впереди. Он уже безнадёжно отстал, а ксеносов было слишком много, сколько бы они не гибли, этого не было достаточно. Чей-то клинок задел наплечник и отколол кусок крыла. Чей-то топор прочертил полосу на нагруднике. Чей-то нож вошёл в сочленение на локте, почти добравшись до руки, и Рафен едва успел отрубить лапу, что держала рукоять.

"Его Кровью..."

Смерть и боль, ничего больше.
Убивай, пока не убьют тебя.

Спасение, которого он не ждал, пришло с теми, про кого он забыл. Мгновение, слишком короткое, чтобы его можно было уловить смертным взглядом, Кровавый Ангел, тяжело балансировавший на грани пропасти, что манила глянцевитым блеском крови, точно бы раздумывал, не броситься ли ему назад, на тех, кто его окликнул. Под гладкими доспехами и тяжёлыми трофейными шкурами в них тоже текла жизнь, и она была сладка.
Бешеный зверь, бившийся в ослабших цепях самоконтроля, замер, что-то почуяв. Это было нечто вроде узнавания, но не того, для которого требовалась бы память - достаточно было инстинктов, сейчас ставших острыми и гладкими, как заточенное лезвие, что отсекало всё лишнее. Великаны в сером тоже были зверьми, пусть и иного рода.

Всё это уложилось в миллисекунду, и Рафен нырнул вниз, припадая на правое колено, чтобы уйти с линии огня. Из-под врезавшего в почву керамитового щитка во все стороны брызнуло мелкое серое крошево раздробленного щебня. Следом заговорил тяжёлый болтер. Шлем Рафена покрылся кровавой взвесью и мелкими ошмётками чужацкой плоти, вонявшими кислой гарью, что остро ощущалась и сквозь фильтры.

Сняв с бедра боевой нож, Кровавый Ангел, повернувшись вполоборота, кивнул, склонив голову перед Космическими Волками в жесте благодарности - изящное, странно элегантное посреди безумия движение, и вновь пошёл вперёд. Он тоже знал, что остановка значит смерть - так бывало всегда.
Цепной меч потерял пару зубьев, выщербленных о нелепые внешне, но эффективные орочьи доспехи, но всё же ещё был убийственен.

Глядя сквозь багряную пелену, что окутывала его мысли, Кровавый Ангел увидел через полторы сотни метров исполинское чудовище в кусках панцирной брони, покрытое разноцветными тряпками и боевыми трофеями. Орочий ваивода ростом за три метра с восторженным рёвом размахивал своим оружием, которое напоминало результат сомнительного совокупления лабриса с колючей проволокой, шипы и лезвия сминали его собственную свиту много эффективнее, чем Ангелов Смерти, но, кажется, ксенотическое отродье совершенно ничем не беспокоилось.

Самая яркая и горячая часть Рафена, тёмная, полная сангвинарного гнева, неумолимо тянула его туда, под двулезвийный топор, сразиться и умереть, пытаясь добыть победу, но едва слышный шёпот велел держаться прежнего направления и идти вперёд, куда-то... К воротам? Да, кажется, ему нужно было к воротам - так приказал старший брат, и иерархия капитула, вбитая суровой психообработкой и тяжёлыми кулаками, требовала подчиняться, хотя Кровавый Ангел не видел никакого смысла.
Он мог умереть под ударами орков где угодно, и это место было ничуть не хуже любого другого.

Рафен так до конца и не понял, что произошло.
Он принял опустившийся ятаган на основание своего меча, дёрнул в сторону, позволяя инерции рубящего удара увести противника влево, и вспорол ему глотку по самый позвоночник, когда на него обрушилось нечто. Должно быть, случайно сдетонировала одна из тех адских машин, которые строились орками из ржавых кусков металла и псайкерской силы, что, конечно, не прибавляло им надёжности.
На мгновение мир вокруг расцвёл чистым белым пламенем, которое линзы шлема погасили, стремительно потемнев, а следом пришла ударная волна. Несмотря на весь его вес, утяжелённый доспехом, Рафена смело и проволокло по земле, сминая бронированным телом орков и, кажется, кого-то из братьев.

Механическим движением, повинуясь только телесным рефлексам, что заставляли его двигаться, Рафен умудрился воткнуть намертво зажатый в руке нож в глаз ксеносу, который оказался прямо под ним, и тяжёлым рывком поднялся на ноги. Орков вокруг раскидало ещё сильнее, чем космодесантников - тех спасала благословенная силовая броня, которая, пусть и оцарапанная до бледности чистого керамита, выдерживала многие повреждения.

Однако бушевавшая бойня наконец разбудила планету, что решила громогласно высказаться о своих невежливых гостях. Метким ударом отмахнувшись от одного из зеленокожих, Рафен стремительно развернулся и сфокусиривал оптику на правом горном склоне, где какое-то движение привлекло его внимание, то самое, что он заметил после лёгкого вздрагивания почвы.
Облако поднятой пыли и далёкий грохот, затем - ещё один подземный толчок.

На них всех шёл, стремительно набирая скорость и массу, обвал с ближайшего склона, и Рафен подозревал, что его мощи хватит, чтобы похоронить половину комплекса.

Пример игры (не болтер-порно):

Один из Ангелов, Делос, пошевелился, словно намеревался встать, но Рафен остановил его движение единственным молчаливым взглядом - и поднялся сам. В жестах примариса была мягкая, кошачья плавность, которая странным образом сочеталась с его огромными габаритами, и на миг от того, как он приблизился к Виталиусу, могло возникнуть это холодное, жёсткое чувство угрозы, что остаётся от встречи с хищником.

Но затем Рафен протянул руку и взял ладонь брата в свою, таким обычным, естественным жестом, в котором было лишь бесхитростное выражение чистого сопереживания. Если бы не напряжённые плечи сангвинарного жреца, лейтенант, возможно, и вовсе бы решился обнять его, но он не хотел причинять явно мучившемуся от душевного слома Виталиусу больше неловкости.
Вместо того он осторожно сжал пальцы, сильные и горячие, обозначая это простое, совершенно человеческое присутствие. Страшнейший враг всякого из детей Сангвиния - одиночество; они не были для него созданы, в отличие от замкнутых и печальных Гвардейцев Ворона. Они должны были держаться вместе.
Но архимагос Коул не знал этого или не стал учитывать, и вместо того, чтобы научить примарисов подчинять себе чувства, он внушил им прекрасную идею игнорировать собственную природу.
Эффект нельзя было назвать впечатляющим.

Низкий голос прозвучал тихо и мягко, всё также напевно, словно Рафен продолжал молитву:
- Я не виню тебя в этом. Мы все не виним.

Лёгкие согласные кивки всех собравшихся - даже библиарий не остался в стороне.

Сам Рафен же смотрел на Виталиуса глазами мужчины, кто рос в окружении семьи, и во взгляде этом не было ни раздражения, ни насмешки, только тихая грусть, рождённая из понимания. Юношей в скаутской роте он был всегда окружён той глубокой эмоциональной связью, что могут создать лишь птенцы, совместно открывающие для себя мир трансчеловеческих возможностей. Позже, боевым братом, он всегда мог опереться на плечи тех, с кем служил.
Все они, Кровавые Ангелы, рано понимали, насколько ценны привязанности, насколько легче мириться с собственной жестокой, чудовищной природой, когда вокруг - те, кто понимает боль, тоску и голод, потому что делит с тобою одно наследие и одну чувственность.

А потом всё сгорело - вместе с его душой.

В отличие от апотекария, Рафен не строил стен вокруг себя, но их построили другие, и он, опустошённый и сломанный, просто смирился. Его отделили от прочих братьев почти незаметно, но настойчиво, осторожно избегая общества больше необходимого, сводя откровенные прежде разговоры к приказам, формальным кивкам и вежливой пустоте. Святое чудовище, полу-мертвец, отвергнутый смертью и не желанный жизнью; призрак. Он сам сменил орденский багрянец одеяний на небелёный лён и, возвращаясь в Аркс Ангеликум, старался держаться незаметно и больше не искать дружбы.
Между ними было не так много разницы, разве что Виталиус выбрал стерильность своей отчуждённости сам, а Рафену - её навязали.

И когда-то прежде он мечтал о том, чтобы вновь стать настоящей частью братства, чтобы не сбегать от всё растущей пропасти во всё новые и новые походы по желанию Мефистона, такого же прокажённого и отверженного - ничуть, впрочем, тем не мучившегося. Конечно, этого так и не произошло.
Но, если Рафен не смог помочь себе, то Виталиусу - он мог хотя бы попробовать.

"Не убегай," - вот что говорили его светлые глаза.

Но вслух он сказал иное:
- Ты всегда был нашим братом, хоть и оставался рядом с нами, а не вместе, и ты всегда будешь им. Мы говорим, что кровью едины, и мы чувствуем - также.

Отредактировано Neradence (28-12-2025 12:28:37)

Подпись автора

Интеллигенция новой формации:
могу и ломиком, и бранным словом. ©

0


Вы здесь » Live Your Life » Книги, комиксы, игры » - Поиск соигрока


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно